Нет, это нормально
Нет, это нормально: не испытывать вину за кесарево
Мнения

Нет, это нормально: не испытывать вину за кесарево

НЭН несколько раз поднимал тему кесарева сечения и рассказывал о мамах, прошедших через эту операцию. Сегодня мы публикуем текст Марии Бошаковой, журналистки, театрального пиарщика, автора Time Out, «Собака.ru», «Коммерсанта» и других изданий. В своем материале она рассказывает о пережитом опыте и непоколебимом чувстве вины, которое испытывают многие женщины, родившие своих детей путем кесарева.

Я родила сына через кесарево сечение под общим наркозом. Это решение было абсолютно осознанным. И я никогда, наверное, не задумалась бы о его «правильности», если бы не популярные мамские форумы. Читая их, я быстро ощутила, что для особо активных участниц нахожусь где-то рядом с женщинами, бросающими детей в роддоме. Более того, те хотя бы сами «родили», а мой ребенок появился каким-то противоестественным образом, из-за которого будет расти безуспешным нюней, лишенным душевной близости с матерью. И, раз уж так случилось, теперь нужно постоянно каяться, причем перед всеми сразу. Как девушки, создающие темы типа «Год назад у меня было экстренное кесарево и я до сих пор не могу себе его простить».

Пост о кесаревом сечении набрал пять тысяч лайков – и вот почему
Так получилось
Пост о кесаревом сечении набрал пять тысяч лайков – и вот почему

Лично я считаю, что если кто-то и должен испытывать вину за мое кесарево, то это водитель машины, подрезавший автобус, в котором я ехала. Автобус резко затормозил, я упала, получив компрессионный перелом поясничного отдела позвоночника. Это случилось как раз в дату первого ПДР, только ребенка не стало за три месяца до – поздний выкидыш из-за недиагностированной вовремя ИЦН и проблем с кровью. Травма в ДТП поставила большой вопрос: смогу ли я стать матерью когда-нибудь еще? Смогла. Забеременев через год, за девять «лучших в жизни женщины» месяцев я несколько раз полежала в больнице, мне зашили шейку матки и надели на нее акушерское кольцо, я колола себе уколы в живот и по совету психотерапевта даже не смотрела в сторону кроваток и колясок. Вопросы «односрочниц» из серии «какой комбез брать на полгода?» вызывали зависть – я-то знала, что каждый следующий день беременности может быть последним и строила планы в пределах суток.

К счастью, сын Федор был настроен иначе. Он развивался из точки в человека с опережением на две недели, радовал врачей на УЗИ и КТГ, а в 30 недель весил уже два килограмма. Нужно было определяться, как рожать. Невролог, исходя из анамнеза, рекомендовал кесарево и сразу предупредил, что травма позвоночника исключает эпидуральную анестезию. Мой замечательный гинеколог предлагал попробовать самой: ему очень нравилась ширина таза и родовые пути, а ицнщицы в его практике производили младенцев со скоростью кошек. Но, изучив множество источников, я поняла: традиционное рождение ребенка – процесс, хотя и естественный, но непредсказуемый. Раньше, конечно, это делали в поле и сарае, но и смертность в родах была обыденностью, а роль Лизы Болконской меня, мягко сказать, не привлекала. Я решила доверить извлечение сына опытному хирургу, который точно знает, что делает, а не своему противоречивому организму, коллекционирующему редкие диагнозы. В конце концов, ни один победитель «Оскара» не сказал в торжественной речи: «Спасибо, мама, ты родила меня вагинально, и поэтому я стою здесь!».

В итоге с 32-й недели на первой странице моей обменной карты было пришпилено заключение невропатолога, что потужной период исключен и показано кесарево под общим наркозом. Эта справка сильно выручила, когда ровно в 38 недель на плановом осмотре после слов врача: «Сегодня ты вряд ли родишь» у меня отошли воды. Я рванула к хирургу, с которой мы планировали знакомиться на следующий день на дородовом. Через три часа, вспоминающиеся как приключение в стиле комедии «Такси», родился Федя. И единственное, о чем я иногда грущу: первый день вне живота он провел в компании людей, которых я сама даже толком не рассмотрела. Не знаю, что помогло, – высокий болевой порог, серьезный опыт заживления ран или переизбыток эндорфинов, но когда меньше чем через сутки меня перевели из реанимации и принесли сына, я уже бодро скакала по отделению. И скачу так второй год, потому что мальчик нам достался темпераментный и с фантазией.

Иногда в интернете попадаются статьи-страшилки про детей, которых подменили в роддоме. Тогда я задумываюсь: а ведь я не видела, кого родила, вдруг рядом чужой ребенок? Но потом понимаю: не имеет значения, даже если эту удивительную личность с разноцветными глазами и четвертой отрицательной группой крови мне подкинули люди Икс. Главное, что Федя растет в нашей семье и делает жизнь наикрутейшей историей про любовь.

Поделись статьей с друзьями