Андрей Бородкин
31 July 2019

«Это ровно такие же семьи, где есть те же проблемы, где люди так же общаются, поддерживают друг друга. Но за аббревиатурой ЛГБТК этого не видно»: что такое ЛГБТК-родительство и как оно устроено

Каждый человек в XXI веке имеет право решить, становиться ему родителем или нет. Звучит логично в эру освоения космоса и соединения человека и компьютера? Но так считают далеко не все. НЭН решил взяться за тему ЛГБТК-родительства и разобраться, как живется современным парам, чьи отношения даже сегодня все еще считаются «нетрадиционными».

Что такое ЛГБТК-родительство

ЛГБТК-родительство — намного более широкое понятие, чем вам может показаться. ЛГБТК-родительство — это воспитание лесбиянками, геями, бисексуалами, трансексуалами, квирами одного или нескольких детей. Это понятие объединяет воспитание детей однополыми парами, одинокими ЛГБТК-родителями, или парами, где по крайней мере один партнер является представителем ЛГБТК-сообщества.

ЛГБТК-люди могут стать родителями как естественным путем, так и при помощи усыновления, совместного воспитания, инсеминации, ЭКО и суррогатного материнства.

Алена и Ксения, которые растят сына Яна в Германии, рассказали НЭН о том, что очень долго решались на ребенка и взвешивали все «за» и «против», думали о подходящем для них способе. Девушки указывают на главное отличие в появлении детей в разнополой и однополой паре: первой, чтобы начать родительский путь, в большинстве случаев, нужно перестать что-то делать, а именно — предохраняться, второй же нужно начать все взвешивать, подсчитывать и действовать: «Мы шутим, что если бы могли расслабиться и получать удовольствие, то у нас был бы уже небольшой детский сад».

Способом зачатия пара выбрала ЭКО, потому что для нее были важны максимально высокие шансы при минимальных затратах времени. Донором стал лучший друг семьи. Сегодня Ян встречается с ним, у них отличные отношения, он знает, что это его папа.

Но так происходит далеко не всегда. Светлана и Марина (героини попросили изменить их имена в целях безопасности) растят двоих детей в крупном российском мегаполисе. Старшую дочь, которая учится в школе, усыновила Светлана, младшего сына, которому год, родила Марина: «Я захотела сама родить ребенка. Так как у меня не было проблем со здоровьем, я решила прибегнуть к искусственной инсеминации. Я использовала сперму анонимного донора, так как не хотела, чтобы кто-то еще, кроме нас двоих, принимал участие в воспитании ребенка».


Сколько в мире ЛГБТ-родителей

Точно определить количество людей, относящих себя к ЛГБТК и воспитывающих детей, практически невозможно. Многие ЛГБТК-родители не хотят афишировать свои отношения, некоторые из них просто боятся рассказывать о них.

ЛГБТК-отношения незаконны в 74 странах. В 72 странах гомосексуальность является уголовным преступлением, а в 12 странах — наказывается смертью. В таких условиях трудно рассчитывать на правдивую статистику. Но те данные, что у нас есть, красноречиво говорят: ЛГБТК-родителей миллионы.

Например, в США три миллиона представителей ЛГБТК заявили, что у них есть дети, а у шести миллионов детей есть ЛГБТК-родители. Опросы в разных странах, например, в Польше и Канаде, показывают, что примерно девять процентов ЛГБТК-людей являются родителями. В Индии (где гомосексуальность является преступлением) в 2010 году 2,5 миллиона человек отнесли себя к ЛГБТК-сообществу. Это значит, что десятки миллионов людей по всему миру воспитывают детей вопреки шаблонам, стереотипам и общественному невежеству. И часто вопреки законодательству своей страны.

Интересно, что количество ЛГБТК-родителей растет, и большую роль в этом играет поколение миллениалов. Опрос, проведенный в США Советом по вопросам равенства семей (Family Equality Council), показывает, что 63 процента ЛГБТК-миллениалов, в возрасте от 18 до 35 лет, рассматривают возможность расширить свою семью и завести либо первого ребенка, либо увеличить количество уже воспитываемых детей.

А создать семью планируют 48 процентов ЛГБТК-миллениалов, в то время как у людей такого же возраста с гетеросексуальной ориентацией этот показатель равен 55 процентам. Разрыв не такой уж и большой.

Но ЛГБТК-родители все еще встречают множество препятствий на пути к своему праву воспитывать детей.


ЛГБТК-родительство — это дорого

В США ориентировочная стоимость усыновления составляет от двух до 50 тысяч долларов, цена инсеминации и ЭКО варьируются от пяти до 60 тысяч долларов, а суррогатного материнства — от 80 до 140 тысяч долларов.

Медицинской страховкой эти процедуры в большинстве случаев не покрываются, если речь не идет о бесплодии. Поэтому за право стать родителями ЛГБТК-люди должны дорого заплатить, в буквальном смысле слова, и это в стране с одной из самых развитых систем здравоохранения.

Алена и Ксения рассказали НЭН о том, что проходили процедуру ЭКО в Украине. На саму процедуру они потратили около трех с половиной тысяч евро, еще около полутора тысяч ушло на авиабилеты, месяц проживания в гостинице, еду, проезд и другие нужды. В то время обе девушки были студентками и потратили на возможность стать матерями все свои накопления. Однако Алена так вспоминает об этом времени: «Никогда я не расставалась с деньгами с такой легкостью и радостью».

Психотерапевт Марина Щеглова, которая растит сына вместе с партнершей в России, рассказала нам, что проводила процедуру внутриматочной инсеминации на родине, и это стоило порядка ста тысяч рублей.

Такую же процедуру выбрала Марина, партнерша Светланы, и, по ее словам, ей потребовалось около двух лет для достижения цели, а стоимость процедуры составила около двухсот тысяч рублей.


ЛГБТК-родительство — это мучительно

Даже в США, где в решении Верховного суда 2015 года было обеспечено юридическое равенство однополых браков с гетеросексуальными, желание ЛГБТК-людей завести детей находит не просто непонимание, а сопротивление.

Например, в штате Оклахома в прошлом году был принят закон, позволяющий лицензированным государственным органам по защите детей ссылаться на религиозные убеждения, чтобы запретить детям находиться в домах ЛГБТК-пар.

Люди вынуждены покидать пределы штата, чтобы стать родителями, и даже прикидываться сестрами при обращении в клиники, специализирующиеся на репродуктивных услугах.

В Германии, где, по словам Алены и Ксении, общество и окружение всегда поддерживали их («Мама и сестра Ксении приезжали к нам в клинику, чтобы быть рядом. Родители наших подруг, с которыми мы общались во время своей поездки, очень переживали за нас»), они столкнулись с дискриминацией со стороны государства.

По законам Германии, после рождения сына Ксении необходимо было его усыновить (в случае ЭКО со спермой донора и разнополой парой этого делать не нужно). Процедура длилась год и была для пары довольно унизительной и страшной. Но в итоге все закончилось хорошо: «Сейчас у Яна в свидетельстве о рождении официально две мамы, и мы спокойны».

В России ситуация еще хуже. Марина Щеглова говорит о том, что ЛГБТК-семьи в нашей стране ощущают себя некомфортно из-за отсутствия каких-либо прав в отношении детей. Для России такие родители — просто мать-одиночка или отец-одиночка. Марина говорит, что ЛГБТК-семьи с детьми у нас максимально не защищены. Им сложно быть открытыми, любая угроза ЛГБТК-сообществу вызывает в них волну тревоги: «Этим семьям как никому иному нужна поддержка, нужны права, нужна защита государства».

Еще один наш герой, мужчина из Новосибирска, который пожелал остаться анонимным, растит сына-подростка вместе со своим партнером. Но вынужден делать это тайно, чтобы избежать осуждения и оставаться в безопасности. В двадцатилетнем возрасте он оказался ближайшим родственником ребенка, оставшегося без родителей: «Официально я один взял на себя эту опеку, этакий отец-одиночка. Конечно, это выглядело очень благородно для родственников, соседей, других случайных людей. Меня хвалили, мне сочувствовали, мне все время пытались чем-то помочь. Еще жалели из-за того, что я был очень молод. О том, что мне помогает воспитывать ребенка мой партнер, никто не знал. Никто не знает и до сих пор».

То же подтверждает и Светлана: знакомые, которые не знали о ее отношениях, поддерживали решение об усыновлении, делились одеждой, коляской, игрушками. Она уверена, что это следствие закрытого образа жизни ее семьи: никаких общих фотографий в соцсетях, посторонних людей дома. Родители Светланы знают о ее отношениях и поддерживают ее.

Партнерша Светланы Марина говорит, что после появления детей список их друзей и доступных мероприятий стал значительно короче: «Неприятно, когда друзья говорят, что очень круто не иметь детей. На этом общаться дальше уже не хочется. Некоторые мероприятия стали для нас недоступными. Например, ЛГБТК-фестивали, живые библиотеки. Организаторы пускают только посетителей 18+, так как соблюдают закон о гомопропаганде, и с детьми туда не попасть».


ЛГБТК-родительство — это опасно

Даже если вы не нарушаете никаких законов Российской Федерации, но воспитываете усыновленных детей вне традиционной системы отношений, к вам в любой момент могут прийти с обыском, взломать замки и оставить квартиру открытой. А на сотрудников соцзащиты завести уголовное дело за «пропаганду нетрадиционных ценностей».

Марина Щеглова, опираясь на свои профессиональные знания, уверена: такое отношение - следствие отсутствия образования и информации: «Вероятно, противники воспитания детей в ЛГБТК-семьях не имеют какого-то полного, адекватного представления о ситуации».

Марина уверена, что сторонники «традиционных ценностей» опираются на стереотипы, а не на факты о том, что именно представляют собой ЛГБТК-семьи. Нет достаточной доступной информации о разных ЛГБТК-семьях, нет должной открытости. При этом то, что представляют себе люди, которые высказываются негативно о ЛГБТК-семьях, далеко от реальности: «Это ровно такие же семьи, где есть те же проблемы, ценности, где люди так же общаются, поддерживают друг друга. Но за аббревиатурой ‘ЛГБТК’ этого не видно».

Марина уверена, что право на воспитание детей должно зависеть только от решения самого человека. Тем не менее опасения ЛГБТК-родителей за свою безопасность и безопасность своих детей более чем обоснованы.

Светлана и Марина тоже говорят о страхе за свою безопасность: «Новости о проблемах ЛГБТ-родителей заставляют бояться еще больше и наводят на мысли о переезде в другую страну. Мы живем в ежедневном страхе, и это, конечно, выматывает. И учит недоговаривать. Для общества у нас у каждой по одному ребенку. И мы матери-одиночки. Про то, что у нас семья, знают только самые близкие. Нам хотелось бы жить свободно».


ЛГБТК-родительство — это нормально

Несмотря ни на что, желание ЛГБТК-пар иметь семью и быть родителями перевешивает все трудности, с которыми им приходится сталкиваться.

ЛГБТК-родители — такие же родители, как и все остальные, и им тоже бывает тяжело. Марина Щеглова говорит о том, что роды дались ей совсем не просто, хотя это были совместные роды, и с ней рядом все время находилась ее партнерша. А дальше было по-разному: «Для нас это первый опыт быть мамами. Мы всякий раз шутим, что 'вот скоро станет легко’, а потом вспоминаем эту фразу и смеемся: видимо, этот день наступит чуть позже».

Марина утверждает, что выбор стать родителем должен быть осознанным, потому что возникнут ситуации, когда вы не будете высыпаться, накопится усталость. Но если совместно находить решения проблем, договариваться с партнером, участвовать в воспитании вместе, то все можно наладить: «Конечно, когда я смотрю на нашего сына, как он радуется, как шалит, как рассуждает, какой он чудесный, я понимаю, что все верно».

На уровне ежедневного общения Марина не сталкивается с осуждением. По ее словам, родители, хотя и хотели бы видеть историю ее жизни другой, поддерживают ее семью. Коллеги партнерши поздравляли их с рождением сына, дарили ему подарки. Воспитатель в детском саду воспринимает их равноправными родителями, как и педиатр: «Мы живем открыто, наши друзья, знакомые, коллеги, родные, — все в курсе нашей ситуации. И я рада, что нас окружают адекватные, хорошие люди. Так что отношение к нам ровно такое же, как к любой другой семье».

Наш герой из Новосибирска тоже испытал все сложности родительства. Он признается, что усыновление было отчасти вынужденное, потому что в юном возрасте о детях он точно не мечтал и не был к такому готов. Вместе с партнером они испытывали проблемы в отношениях с собственными отцами, поэтому у пары не было понимания того, что значит быть хорошими родителями.

Сейчас отношения со вторым отцом у ребенка напряженные, и атмосфера в семье далека от гармоничной. Тем не менее герой замечает: «Наш сын очень талантлив и умен. Не думаю, что благодаря нам, скорее, от природы. Круто осознавать, что с такими способностями у него будет большое будущее, несмотря на то, что мы, как родители, могли все сделать намного лучше».

Светлана и Марина сравнивают родительство с погодой: сегодня солнце, а завтра дождь. Сегодня ты можешь радоваться успехам ребенка, а завтра безмерно устать на работе, и тебя охватит отчаяние. Одно можно сказать точно: фразы «чем бы заняться?» и «что-то делать нечего» навсегда исчезнут из вашего лексикона: «Мы однажды отвезли детей к бабушке, приехали домой, сели друг напротив друга, и Марина мне сказала: ‘И чем бы мы занимались, если бы у нас не было детей?’». Но в этом они видят всю прелесть родительства: «Вроде бы прошли колики, начались зубы. Прошли зубы, стал ходить и падать. Научился ходить, еще что-то дальше приключается. Все время в тонусе. Но это очень круто — наблюдать день за днем, как растет твой маленький человек».

Алена и Ксения вспоминают роды как одно из самых сложных испытаний в жизни. Но уверены, что все сделали правильно: «Крутого — очень много! От мысли, что этого человека раньше не существовало, и он появился лишь благодаря нашему желанию, и до: “Мамочки, вставать! Ян проснулся и пришел!” по утрам».

Наука тоже на стороне ЛГБТК-родителей. Существует достаточно доказательств того, что дети, воспитываемые однополыми родителями, ровно такие же, как и дети, воспитанные гетеросексуальными родителями.

Более 25 лет ученые проводили исследования, и их результаты доказали, что нет никакой связи между сексуальной ориентацией родителей и какой-либо мерой эмоциональной, психосоциальной и поведенческой адаптацией ребенка.

Научные данные не продемонстрировали никакого риска для детей в результате взросления в ЛГБТК-семье. Добросовестные и заботливые взрослые, будь то мужчины или женщины, гетеросексуалы или гомосексуалы, могут быть отличными родителями.

Ученые признают: ЛГБТК-люди уже много лет воспитывают детей и будут продолжать это делать в будущем. Вопрос лишь в том, будут ли эти дети воспитываться родителями, которые имеют права, льготы и защиту общества, или нет.

Марина Щеглова подтверждает эти данные. Исходя из своего опыта (психотерапевт защищала дипломную исследовательскую работу на тему взаимоотношений в однополых семьях с детьми) она делает вывод, что здоровой семью делает не ориентация родителей, а взаимоотношения внутри: «По своему опыту, по тому, что я слышу от коллег, врачей, работающих с детьми, педагогов, я делаю вывод, что дети из однополых семей порой находятся в большем комфорте внутри семьи, нежели дети, пусть и в семье, где есть мама и папа, но нет хорошего взаимодействия между ними».

В любой семье ребенок может столкнуться с проблемами. Важен не состав семьи, а то, как родители общаются друг с другом, как взаимодействуют с ребенком и между собой, как решают проблемы, уверена психотерапевт.


Как быть ЛГБТК-парам, которые задумываются о родительстве

Марина Щеглова утверждает: в ЛГБТК-семьях крайне редко решение о том, чтобы стать родителями, принимают спонтанно. Ей для этого потребовалось несколько лет (сама она оценивает свой путь к родительству в период от шести до девяти лет). Марина утверждает, что очень важно планирование: «Мы с партнершей договорились на берегу о том, какой мы обе хотим видеть нашу семью, как мы разделим ответственность за ребенка, что это будет наш общий ребенок, и мы обе будем ему родителями, и начали планирование».

Еще один немаловажный фактор — адекватно оценить свои возможности и ресурсы. Дети — это важное решение, и принимать его стоит на основании наличия не только желания иметь ребенка, но и моральной и материальной возможностей. В ЛГБТК-парах обычно к моменту зачатия многие вопросы обсуждены и решены. Тут редок фактор случайности. Главная рекомендация от психотерапевта одна, и мы уверены, что она подходит абсолютно всем родителям: «Договаривайтесь обо всем внутри вашей семьи, с вашим партнером. Обсуждайте, проговаривайте, спрашивайте, делитесь страхами, волнениями и находите пути решения. Понимание и согласованность в данном вопросе очень важны».

Опрос ЛГБТК-миллениалов показывает, что в некоторых странах люди из ЛГБТК-сообщества имеют практически такие же возможности для создания семьи и получения родительских прав, как и гетеросексуальные пары. Для нового поколения ЛГБТК-родителей это логичный следующий шаг в их жизни.

И пока на одной стороне планеты говорят о равных возможностях и новой эре родительстве, а ЛГБТК-родители появляются на обложках крупнейших глянцевых журналов, на другой — заявляют о вырождении человечества. Так может быть, что-то не так вовсе не в ЛГБТК-родителях, а в нас самих, считающих себя «нормальными»?


Читайте также
Не пропустите самое интересное
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости
Спасибо, мы будем держать вас в курсе