Нет, это нормально
Они не мудаки: колонка в защиту молодых отцов
Мнения

Они не мудаки: колонка в защиту молодых отцов

Бывшая колумнистка журнала Grazia, писательница и по совместительству «папский адвокат» на общественных началах Полина Волошина, которая написала для НЭН эпос о первом годе внезапного материнства, на этот раз решила выступить в защиту молодых отцов. Поводом к написанию этого текста послужила публикация в блоге психолога Анастасии Макарьевой, которая нашла связь между послеродовой подавленностью женщины с мудачеством ее мужчины, отца новорожденного младенца. По мнению Полины, все на самом деле немного не так.

Нападки на мужчин — моя больная тема, простите, но я все еще люблю их (это так немодно!) и стараюсь видеть в них не только мудаков, но и хороших парней, которые, как и женщины, могут просто не понимать чего-либо — и это нормально! Вот я всегда защищала мам и их право быть ужасными, а сегодня хочу сказать пару слов в защиту ужасных пап.

Отличный текст Анастасии Макарьевой, под каждым словом которого можно подписаться, но, слушайте, в запале многие восторженно пишут «это про меня» (почти десять тысяч лайков и более двух тысяч репостов!), как бы соглашаясь с тем, что они живут с мудаками и родили от них детей. У меня для вас хреновая новость: ваш ребенок только родился, вы в самом начале пути и худшее, что вы можете сделать для ребенка, для себя и для вашей семьи, — это считать (и называть) своего мужчину мудаком. Объясню, почему!

Если он не бьет вас и ребенка, не выгоняет из квартиры, содержит и не трахает на стороне все, что можно трахнуть без младенца под боком, если единственный его грех в том, что он не помогает вам укачивать малыша по ночам, готовить и убираться, да даже если он приходит с работы и ждет горячий ужин, уверенный, будто у вас было на это время и силы — нет, он не мудак. Он просто не понимает.

Я не буду использовать здесь психологические термины, все эти депривации, фрустрации и прочее — для этого есть специалисты (примерно каждый второй человек в Фейсбуке) — просто буду объяснять на пальцах.

Есть такие, как бы это назвать? Состояния? Ситуации? — например, когда человек сидит в одиночной камере, или небольшая команда людей вынуждена продолжительное время жить вместе на антарктической станции, или в космос они летят (почитайте раздел «психология» в статье «Пилотируемый полет на Марс») — все эти случаи являются крайне сложными испытаниями для психики, выдержать которые по силам только специально натренированным людям, так как для всех остальных они будут настоящей пыткой.

Но при этом для обычного человека, который никогда не сталкивался с подобными ограничениями в свободе и свободе действий, эти испытания не кажутся чем-то невыносимым. В большинстве случаев человек думает: «Да что там сложного?».

Тем более, если речь идет не о каких-то жутких условиях российских, скажем, тюрем, а о вполне цивилизованных скандинавских тюрьмах или научных станциях. Человеку со стороны кажется, что проводить продолжительное время в одном и том же помещении, где есть кровать, душ, еда и телевизор, — элементарно, а проживать день за днем один и тот же сценарий — ну, максимум скучно. Если вы будете до конца честны с собой, вы согласитесь, что да, со стороны это не выглядит чем-то сложным.

Так вот, мужчины, так же как и многие женщины, которые не сидели с младенцами, или сидели очень давно и успели забыть, или сидели с младенцами в условиях, когда им активно помогали (а потом они про это забыли) — все эти люди просто понятия не имеют, от чего именно молодая мать сходит с ума. В то время когда мужчина встает утром, едет на работу, работает там, потом возвращается с работы (смотрите, сколько раз встречается слово «работа»!), его женщина остается дома с ребенком (ключевые слова «остается дома») Это такая ловушка сознания, но практически все люди связывают слово «работа» со словом «усталость» (значит, папа на работе устает), а «остаться дома» — с «отдыхом» (значит, мама отдыхает). Это раз.

Два. Для мужчины очевидно, что это он ограничен в свободе, так как на работе он, допустим, не может развалиться на диване, принять душ, пожрать, когда ему захочется, ходить в одних трусах и слушать музыку. А мама может! В его мужском сознании он работает тяжелую работу и ограничен во всем, а мама сидит дома и абсолютно свободна в своих действиях.

Дальше. Вот папа работает работу и видит ее результат. А вы что делали? Ну вот он уехал — вы сидели на диване с младенцем, приехал — сидите на диване с младенцем. Где результат работы? Возможно, когда он уезжал, квартира выглядела чище, не было горы грязной посуды и подгузников, разбросанных по полу. То есть за время его отсутствия (пока он работал) вы не только ничего не делали, но еще и засрали всю квартиру.

Дальше. Так как мы только что выяснили, что вы ничего не делали, значит все это время (часов десять) просто сидели дома на диване, в одних трусах, ели и слушали музыку — вы что не могли ХОТЯ БЫ приготовить ужин своему любимому мужу (который страшно уставал на работе)? Вот что-то такое у них в голове. Серьезно. Раздражает жутко, но нет, это не делает их мудаками.

Мой муж изо всех сил старается понимать меня. Я вижу, как он старается, вижу, как он хочет быть современным, заботливым и просто лучшим мужем и отцом. Но мы почти год убили на скандалы именно по этой теме — он не понимал, почему пока он на работе, я не могу убраться, вымыть посуду, приготовить ужин и написать статью в журнал. Он до сих пор может возмутиться тем, что я дважды за день предложила ему один и тот же гарнир! И да, после этого я проламываю ему голову кочаном капусты, но нет, все еще не считаю, что он мудак. За час наедине с ребенком мой муж буквально синеет, свирепеет, трясется крупной дрожью и получает полноценный нервный срыв, но все равно отчаянно отказывается понимать, что за время его отсутствия я ежедневно провожу десять таких часов! Есть ли у нас изменения к лучшему? Однозначно есть. За год помощи с его стороны стало больше, а претензий — меньше. Но мне приходилось очень многое объяснять вот так — «на пальцах».

Итак, объяснительная. «Сидеть дома с ребенком» на самом деле означает: носить его на руках, обычно тяжелого, обычно кричащего; слушать его нытье или плач и не знать, как помочь (вот уж что точно сводит с ума за пять минут, а легко может длиться часами); не иметь возможности поесть, когда хочется есть, потому что ребенок на руках, плачет, отнимает еду, хватается за вилку, выбивает чашку; не иметь возможности выпить кофе, потому что ребенок на руках, хватается за горячую чашку, может опрокинуть на себя, потому что отставила чашку, забыла и кофе десять раз остыл, а потом выпила залпом и….; и наконец ребенок уснул, ты ждала этого много часов, он не орет, не ноет, но он на руках, или лежит на тебе, или лежит рядом и как только ты пошевелишься — он проснется, а ты только что выпила кофе залпом и теперь хочешь писать, как никогда прежде, и ты просто лежишь и умираешь от того, что хочешь писать, но не можешь встать, перебираешь в голове способы, как можно пописать, не вставая с кровати (одолжить подгузник?), наконец, теряя терпение бежишь в туалет и слышишь, как ребенок орет. А потом ты снова берешь его на руки и ходишь, и хочешь есть, спать и кофе, хочешь просто посидеть немного в тишине, покакать, искупаться, ДА ПРОСТО ПОЧЕСАТЬ НОГУ!!! Но нет. Тут дома с ребенком, как будто в комфортных условиях, ты несвободна настолько, что не можешь почесаться, когда тебе хочется, потому что обычно за это придется расплачиваться очередным многочасовым хождением и всеми этими «тш-ш-ш-ш, ну ты что, ну малыш, ну что ты, заинька, маленький, ну не плачь» — повторяемыми по сто тысяч раз за день. И даже в те минуты, когда ребенок в хорошем настроении сам ползает и копошится в игрушках, так что со стороны может показаться будто «вот оно, свободное время» — даже тогда все твои мысли и все внимание сконцентрировано на этом комочке, который, как только ты на минуту потеряешь бдительность, сразу же упадет, ударится, покалечится и может быть даже убьется. И время как будто не идет, и выговориться хочется, выплакаться и самой забраться на ручки. Предложи такой женщине приравнять час ее «сидения дома» к десяти часам твоей «работы в офисе», и она не задумываясь согласится, чтобы хоть немного передохнуть...

Вот как-то так, если кратко и не драматизируя, выглядит свободный день мамы с ребенком (и это я еще не рассказала про прогулки!). Это чрезвычайно сложно и тем более сложно теперь, когда современные образованные мамы стали отказываться от довольно спорных способов воспитания, которые были в ходу во времена наших бабушек и мам. Мы не оставляем ребенка проораться «потренировать легкие», не боимся приучать его к рукам, не оставляем одного в кроватке и не запираем в комнате. Мы постоянно рядом, постоянно вместе и постоянно во внимании. Но, слушайте, это реально тяжело!

Наверное, это то, что мужчинам действительно сложно понять. В силу других инстинктов, другого сознания и просто воспитания (когда мальчик с детства привыкает к обесцениванию женского домашнего труда, как будто это что-то само собой разумеющееся). Я абсолютно уверена, что есть много вещей, которые женщины точно так же не способны (и не хотят) понять в мужском мире и наверняка это то, что заставляет мужчин разочаровываться в нас. Но, может, давайте потихоньку разговаривать, объяснять и слушать друг друга? В конце концов умение слушать, понимать и меняться — это именно то, что и отличает нас от мудаков.

Поделись статьей с друзьями