Лавка
Рассылка
Интересное по теме
Микель Биггс: бесследно пропавшая за полторы минуты
Сгорели или были похищены?
Эта история будоражит умы многих, потому что ни одна версия произошедшего не удовлетворяет любителей тру-крайма. Казалось бы, история проста: произошел пожар, пятеро детей сгорели. Но никаких останков не нашли! По второй версии, пожаром замаскировали похищение. Но кто мог быстро, бесшумно, а главное, успешно, увести пятерых разновозрастных детей из дома? Третья версия исключает похищение и гибель детей — предполагается, что они сами сбежали. Но тогда при чем тут пожар? Давайте и мы попытаемся погрузиться в историю детей Соддеров и найти хоть какие-то ответы!
Джорджо Содду родился на Сардинии в 1895 году. В 1908 году он, как и многие его итальянские соотечественники, решил отправиться за лучшей жизнью в Америку. Там он сменил имя и фамилию и стал Джорджем Соддером. Подросток поначалу работал на железной дороге в должности «подай-принеси», в основном занимаясь доставкой еды и нужного, но недорогого, оборудования для рабочих. Через несколько лет парень стал водителем, а потом даже открыл собственный бизнес, связанный с грузоперевозками.
В 20-х годах Джордж женился на такой же, как он, итальянской эмигрантке Дженни Чиприани, и в течение 20 лет они произвели на свет десять детей. Все они жили в просторном каркасном двухэтажном доме в городе Фейетвилл, и считалась одной из самых уважаемых итальянских семей среднего класса.
Вечером 14 декабря 1945 года в доме находились родители и их девять детей — второй по старшинству сын все еще служил в армии. Около 21:00 с напряженной рождественской смены в магазине домой вернулась 19-летняя Мэрион — она принесла младшим сестрам игрушки в подарок. Двенадцатилетняя Марта, восьмилетняя Дженни и пятилетняя Бетти были в восторге и упросили маму не укладывать их спать, а позволить дослушать радиопередачу и еще немного поиграть. Вместе с ними бодрствовать вызвались 14-летний Морис и девятилетний Луис. Двое старших сыновей ушли спать на чердак пораньше, потому что они весь день помогали отцу на работе и устали.
Около 22:00 Дженни-старшая напомнила Морису и Луису, что перед сном они должны накормить коров и закрыть курятник, пожелала всем спокойной ночи, взяла с собой двухлетнюю Сильвию и отправилась спать. Мэрион задремала прямо на диване, ее не стали тревожить. Второй этаж остался в полной власти средних детей: Мориса, Марты, Лукаса, Дженни и Бетти.
В 12:30 зазвонил телефон в кабинете Джорджа. Дженни-старшая встала, чтобы ответить на звонок, но оказалось, что какая-то незнакомка просто ошиблась номером: на другом конце провода слышался звон бокалов, шум, смех, а неизвестная женщина просила позвать к телефону кого-то совершенно не относящегося к Соддерам. Донеся до не совсем трезвой собеседницы, что она позвонила не туда, Дженни отправилась досыпать. Но по дороге она заметила, что свет на первом этаже все еще горит, а двери не заперты. Это было странно: обычно, если дети укладывались позже родителей, именно они выключали свет, задергивали шторы и закрывались на задвижку. Но тут мать семейства вспомнила о Мэрион, которая оставалась в гостинной, когда дети поднялись на второй этаж. Дженни-старшая решила, что ее средние просто рассчитывали на старшую сестру, а сейчас мирно спят по своим постелям. Она погасила свет, заперлась и отправилась в комнату.
Не успела женщина как следует заснуть, как ее разбудил звук удара по крыше. Ей показалось, как будто что-то ударилось о кровлю, а потом скатилось вниз. Дженни еще некоторое время прислушивалась, но больше никакого подозрительного шума не услышала и снова уснула. Еще через полчаса ее разбудил запах дыма.
Дженни кинулась к кабинету, чтобы позвонить, но ее от него отделяла стена огня. Она растолкала мужа — удивительно крепко спал человек! — схватила Сильвию, разбудила Мэрион и выбежала из дома. Джордж кричал, чтобы дети просыпались. С чердака спустились старшие сыновья. Джон (один из старших) забежал на второй этаж и крикнул в одну из спален что-то вроде: «Пожар! Бегите!» Ему показалось, что он слышал ответ…
Когда члены семьи встретились на улице, Джордж понял, что в доме остались еще пятеро детей. Он и двое старших сыновей принялись тушить огонь, пытаясь добраться до единственной лестницы, но пламя разгоралось все сильнее. В конце концов, огонь и дым заставили их покинуть помещение. Джордж попытался проникнуть в дом с другой стороны — он разбил окно и сильно порезал руку. Но видимость была уже нулевой, а лестница на второй этаж жарко полыхала.
Тогда отец семейства решил использовать приставную лестницу, чтобы добраться до окон второго этажа напрямую. Однако ее не оказалось на привычном месте. Джордж побежал к своим грузовикам — он надеялся подогнать один из них к дому и с его крыши залезть в окно. И машины, которые прекрасно работали еще вечером 24 декабря, отказались заводиться!
Пока отец метался в поисках прохода в дом, Мэрион побежала к соседям, чтобы вызвать от них пожарных. Но до оператора так и не удалось дозвониться. Один из соседей, у которого не было телефона, даже сгонял до ближайшего кафе, но и на звонок из кафе никто не ответил. Тогда этот же сосед домчался до центра города, и уже оттуда позвонил на домашний телефон начальника пожарной охраны. Но собрать работников почтенному борцу с огнем было нелегко: все разошлись на праздники, а пожарная часть из-за войны и так была сильно недоукомплектована. В итоге пожарные звонили друг другу, потом ждали водителя и приехали на место происшествия только в восемь утра, когда от дома Соддеров остались одни головешки. Уцелевшие члены семьи позже рассказывали, что пламя уничтожило их жилище всего за 45 минут.
Пожарные обыскали развалины, но не нашли тел детей. Тут в развитии истории есть некоторые разночтения: в одних источниках рассказывается, что борцы с огнем вообще ничего не обнаружили, в других говорится, что они нашли разрозненные мелкие костные фрагменты и части внутренних органов. В любом случае, убитым горем родителям сказали, что на месте пожара не обнаружили ни тел, ни следов детей.
29 декабря Джордж и Дженни вызвали к развалинам бульдозеры, которые разровняли место происшествия и покрыли его слоем грунта толщиной в полтора метра — Соддеры хотели создать в честь погибших маленький мемориал. Коронер выписал пять свидетельств о смерти в результате пожара, а его причиной назвали неисправную проводку.
Вот где-то тут Соддеры и начали сомневаться, для начала — в причине возгорания. Дело в том, что им целых два раза намекали на возможный пожар, причем один раз — в довольно угрожающей форме.
За несколько месяцев до трагедии в дом приходил мужчина, искавший работу. Он сказал, что слышал о вакансиях в фирме Джорджа. Отец семейства никого не собирался нанимать, о чем и заявил незнакомцу. Тот воспринял отказ спокойно, но проходя мимо коробки с предохранителями отметил, что рано или поздно из-за них случится пожар. Соддеры были очень удивлены, ведь незадолго до этого они купили новенькую электроплиту и поменяли ради этого всю проводку в доме. Они даже обратились снова в электрическую компанию, но та в ходе повторной проверки не нашла никаких нареканий, и семью заверили, что с проводкой проблем точно не будет!
А еще до 1943 года Соддеры страховали свой дом у одного страхового агента. Сумма страховки составляла 1500 долларов, о чем и был составлен договор. Но агент самовольно повысил плату до 1750 долларов, и это очень не понравилось Джорджу. Состоялась бурная ссора, договор расторгли, дом застраховали в совсем другой компании. Отношения с агентом, казалось, были испорчены окончательно. Но за два месяца до пожара он снова связался с Джорджем, предложив ему застраховать жизни детей. Соддер отказался и его собеседник вспылил, заявив, что его дети «исчезнут в огне и дыме». Любопытно, что этот специалист позже вошел в состав комиссии, которая вынесла официальный вердикт о причине пожара.
Короче, у Соддеров появились серьезные подозрения, что никакой «неисправной проводки» не было, а был банальный поджог. По их мнению в ту ночь кто-то бросил зажигательный снаряд на крышу. Но это не отменяло вопроса, куда делись пять детей.
Дженни не давало покоя то обстоятельство, что не нашли тел или костей. И это действительно очень и очень странно, потому что человеческие тела, вопреки распространенному мнению, вовсе не обращаются в пепел при сжигании.
В современных крематориях тела кремируют при температуре от 800 до 1100 градусов. Чтобы сжечь тело взрослого человека средней комплекции в этом специализированном оборудовании требуется от 80 до 120 минут. И даже после этого из печи достанут не однородный пепел, а много-много костных фрагментов, которые превращают в однородный порошок с помощью специального устройства — кремулятора.
Бытовой пожар, хоть и может давать подобные температуры поблизости от очага возгорания, не способен сжечь до тла целиком все тело. Фрагменты костей, зубы, — все это сохраняется. Плюс, температура в горящем здании неоднородна: где-то огонь бушует сильнее, где-то вообще не горит. Люди перемещаются, пытаются скрыться от жара и дыма. Обваливается кровля, потолки, падает мебель — под упавшими предметами могут сохранятся не то, что останки, а даже бумага или ткань! Но пожарные не нашли ничего, что прояснило бы судьбу пропавших детей.
Дженни Соддер спрашивала сотрудников крематория, могут ли тела сгореть бесследно, ей отвечали, что нет. Она проводила собственные эксперименты, сжигая кости животных, крупных и мелких. Ни разу ей не удалось уничтожить их полностью в течение часа, а именно столько, плюс-минус, бушевал пожар в их доме. И Дженни решила, что ее дети не умерли, а были похищены.
Как ни странно, пара подтверждений этой версии все же нашлась. Управляющая отелем между Фейетвиллом и Чарльстоном утверждала, что видела детей на следующий день после пожара. Их сопровождали двое мужчин и две женщины. Постояльцы заселились в большие семейные номера, вели себя настороженно и не давали детям общаться с персоналом. Эта история запомнилась управляющей, а вскоре она увидела газету с фотографиями погибших при пожаре и признала в них своих недавних гостей.
В 1947 году Дженни послала письмо в ФБР, прося бюро взяться за расследование дела, но ей отказали. В августе 1949 года Соддеры решили провести новые раскопки на месте сгоревшего дома. Поиск вел патологоанатом Оскар Б. Хантер. В ходе тщательных и скрупулезных раскопок удалось обнаружить несколько металлических предметов, обгоревшую книгу и осколки человеческих позвонков.
Хантер послал позвонки на исследование в Смитсоновский институт, и результаты были, прямо говоря, обескураживающими. Во-первых, кости не подвергались воздействию огня. Во-вторых, они, скорее всего, принадлежали 16-ти или 17-ти летнему юноше. С очень большой натяжкой эксперты допускали, что позвонки могут быть луисовскими, но только при условии, что мальчик в своем физическом развитии сильно опережал сверстников. Кроме того, в докладе отмечалось, что в доме, сгоревшем меньше, чем за час, должны были сохраниться скелеты всех пяти детей, а не осколки позвонков одного. Эксперты осторожно предполагали, что найденные фрагменты попали на место происшествия вместе с грунтом, которым засыпали следы пожара.
Соддеры разместили несколько билбордов с фотографиями пропавших. Они обещали вознаграждение за любую информацию. И то и дело им сообщали, что где-то видели похожих детей. Джордж, не жалея ни времени, ни сил, проверял каждое подобное сообщение. Он колесил из штата в штат, сталкивался с отказами, разочарованиями и даже агрессией. Надежда, казалось, забрезжила в 1968 году.
В один прекрасный день Дженни передали на почте конверт без обратного адреса, но с почтовым штемпелем штата Кентукки. В нем было фото юноши, подписанное: «Луис Соддер». И он действительно был похож на Луиса: брови, глаза, овал лица… Семья наняла частного детектива, пытаясь обнаружить отправителя, но он не смог найти никаких следов. Джордж Соддер в том же году скончался. У Дженни не было свободных средств на поиски, но она до конца жизни надеялась однажды снова увидеть своих детей.
Версия бесследного уничтожения тел огнем не выдерживает критики ровно до прояснения двух деталей.
Во-первых, пожарная часть Фейетвилла находилась в 1945 году в жалком состоянии: нехватка персонала, недостаточность тренировки, отсутствие курсов повышения квалификации… Пожарные могли очень тщательно искать, но даже не понимать, что видят перед собой: обломки дерева или обгоревшие кости. Кстати, небрежность тоже исключать не стоит: случаи, когда родственники на месте происшествия находили важные улики уже после осмотра пожарными и полицией, редки, но не уникальны.
Второе обстоятельство, о котором часто забывают, это присутствие дополнительных горючих веществ на месте происшествия. В смысле, да, пожар в каркасном доме, длившийся 45 минут, не мог уничтожить бесследно пять тел, пусть даже и детских. Но в подвале этого дома Джордж Соддер хранил бочки с бензином для своих грузовиков! Плюс, если отопление в доме было печным, там же мог быть и котел, и уголь для него. Когда дом обвалился, снаружи тлели головешки, а вот внутри все еще могло полыхать пламя, подпитываемое топливом. А бензин при благоприятных условиях горит, выделяя до 1100 градусов тепла.
Но это не объясняет, почему в 1949 году более тщательные раскопки ничего не дали. Могло ли тело 14-летнего подростка подвергнуться минимальному воздействию огня, не быть обнаруженным сразу же, и разложиться под слоем грунта? Наверное, могло. Но почему тогда нашли только позвонки? Некоторые исследователи этой истории выдвигают версию, что бульдозеры выступили в роли кремулятора, а технология поисков осколков костей в 1949 году была недостаточно совершенна для того, чтобы найти самые мелкие фрагменты.
Проблема в том, что ответить на вопрос: «Как могли бесследно сгореть пять тел?» — все же можно. А вот на вопрос: «Как незаметно похитили пятерых детей?» — уже нет.
Во-первых, такую толпу крайне трудно контролировать: достаточно одному завизжать, и вся конспирация насмарку.
Во-вторых, даже если всех их удалось похитить тихо, возникает вопрос, как они исчезли с места событий? Дженни-старшая просыпалась целых три раза: первый раз от звонка, во второй раз от удара по крыше, в третий — от запаха дыма. Но она ничего не говорила о шуме двигателей. А это значит, что гипотетические преступники уводили детей пешком, что возвращает нас к первому пункту: пятерых детей разного возраста крайне тяжело контролировать.
В-третьих, если похититель был им знаком, он мог вывести их во время пожара под предлогом спасения. Но это возвращает нас к вопросу, а как они все покинули место происшествия? Дети что, не пытались выяснить, что там с родителями, не шумели и крались на цыпочках? Маловероятно.
В-четвертых, такую ораву трудно транспортировать незаметно. Их видела бы не одна управляющая отелем, а куча народу: владельцы кафе, работники заправок, автомобилисты… Некоторые предполагают, что детей разделили сразу после похищения и поэтому очевидцев мало. Но это приводит нас к финальному вопросу: зачем?
С какой целью преступники забрали не одного, не двоих, а пятерых детей, старший из которых был уже довольно крупным и сильным подростком? Какие мотивы могли оправдать такой риск? Похищение, если оно было, потребовало поджога, привлечения как минимум четырех сообщников, колоссальных затрат времени и средств. Можно было бы понять, если бы с родителей потребовали выкуп — тогда мотивом были финансы. Мотив мести похищения не предполагал — убийство было бы проще. Так что там с целями-то? Неужто тайное усыновление?
Любители тру-крайма выдвигают еще две версии: добровольный уход и убийство родителями. Но в случае побега пятерых безнадзорных детей обязательно бы кто-то заметил. А если имело место убийство, то родители бы не искали «пропавших». В общем, история детей Соддеров остается темной и по сей день. Возможно, генетическая экспертиза найденных в 1949 году позвонков могла бы частично объяснить произошедшее, но пока что предложений ее провести не поступало.