Спойлер: это совсем не обязательно кризис.
У меня есть подруга, которая 20 лет проработала в компании по продаже автозапчастей, а когда ей исполнилось 42, вдруг пошла учиться на дизайнера интерьеров. Устроилась в бюро дизайна, получила опыт, а затем начала работать самостоятельно.
Теперь у нее свои клиенты, свой бизнес и то количество работы, которое позволяет ей жить и находить время на себя. Например, ходить в бассейн и на массаж.
Еще у меня есть подруга, которая после 40 открыла книжный магазин. И прежняя ее работа никак не была связана с книгами.
Конечно, таких решительных, которые взяли и исполнили свои мечты, не так уж и много. Но все больше тех, кто об этом задумывается. Кто-то осторожно идет на курсы в надежде понять, а действительно ли им хочется изменить профессию. Кто-то просто вздыхает о маленьком отеле у моря или цветочной лавке. Словно ближе к сорока женщины пересекают какую-то невидимую черту, которая превращает их в мечтательниц.
Первое, что приходит на ум — подходящий момент для кризиса среднего возраста. Переоценка ценностей, страх не успеть, ностальгия по несбывшемуся. В тридцать мечтать о резких изменениях не приходится — ты либо как раз на пути к какой-нибудь мечте, либо вертишься как белка в колесе между карьерой, семьей и кучей личных проблем. А вот в сорок уже вполне можно начинать сожалеть о своих ошибках.
Но так ли это?
Недавно мне встретилась статья издания Scary Mommy, где психолог объясняет, что явление это сложнее, чем просто возрастной кризис.
Бытует миф, что подобное желание перемен обязательно свидетельствует о внутренних проблемах и конфликтах. Ведь чем мы старше, тем спокойнее должны становиться. Не метаться и пытаться все изменить, а покорно соглашаться на то, что готовит судьба.
Но ведь так называемый средний возраст — это не просто цифра, показывающая, что мы уже не молоды. Это поворотный момент, когда у женщины появляется больше пространства — снаружи и внутри. Дети подрастают, давление социума снижается. Считается, что ты уже отыграла определенные социальные роли и от тебя на время можно отстать.
А значит, появляется возможность наконец осознать свои реальные потребности. Не те, что казались таковыми двадцать лет назад, когда многие из нас жили, скорее руководствуясь принципом «как надо», а не «как хочется». И вместо потребностей были галочки, которые непременно надо было поставить в своем списке соответствия «нормальной женщине».
А те, которые появляются, когда галочки стоят, можно подумать о себе. Ведь «как все успеть и не умереть в процессе» — уже не твой главный вопрос. Теперь тебе предстоят понять, как ты сама хочешь жить дальше. Где видишь себя через десять или двадцать лет.
Вместе со свободным временем и возможностями приходит и тревога. Мы начинаем сомневаться, туда ли мы вообще идем. Не зря ли тратим свои годы.
И на эти вопросы женщины в сорок отвечают куда более осознанно, ведь приходит понимание, что пожить потом не получится. Все важное происходит здесь и сейчас.В этой точке мечты все бросить и уехать к морю уже не выглядят внезапным капризом.
На самом деле, процесс происходит постоянно. Мы переосмысливаем ценности и в 18, и в 25, и в 35. Но после сорока для многих меняется структура жизни.
Окончание репродуктивной фазы, пик карьеры и усталость от нее, взросление детей — все эти события накладываются друг на друга. Впрочем, цифры всегда условны.
Кто-то в сорок рожает первого ребенка, а кому-то настолько нравится его работа, что менять ее он не собирается ни в 50, ни в 60. Речь лишь о тенденции. Кафе у моря — всего лишь метафора перераспределения приоритетов.
В реальности далеко не всем нужны такие впечатляющие перемены как переезд или другая профессия. И не все остро недовольны своей жизнью.
Иногда мы принимаем совсем маленькие решения: больше не общаться с неприятными людьми, работать меньше или позволить себе провести выходной так, как хочется.
Просто «хочу» и «мечтаю» становятся сильнее, чем «надо» и «обязана». И ты постепенно избавляешься от мысли о том, что делаешь все не так, не соответствуешь чьим-то идеалам и представлениям. И начинаешь разрешать себе мысли о кафе у моря.