Редакция
12 April 2021

Гендерное неравенство, расизм и жестокость: в Фейсбуке обсуждают классическую литературу

Сценарист Иван Филиппов, в числе прочего написавший несколько эпизодов к мультику «Турбозавры», рассказал о своем отношении к устаревшим нормам морали в старых книгах и фильмах. В комментариях его обвинили в призыве к цензуре.

Иван с сыновьями читают книжки по вечерам — это добрая традиция, помешать которой может только форс-мажор. Сначала Иван читал старшему сыну, потом они по очереди стали читать младшему.

Одна из главных сложностей в освоении мировой детской литературы — устаревшие нормы морали, от которых ребенка хочется оградить. Например, начало классического романа Фрэнсис Бернетт «Таинственный сад» написано в духе белых господ, которые пренебрежительно описывают индусов; в серии детективных книг «Великолепная пятерка» периодически встречаются расизм и гендерные стереотипы; в потрясающей серии про «Жанов» Жана-Филиппа Арру Виньо папа бьет детей; а в книгах про приключения малыша Николя взрослые и учителя периодически позволяют себе такое, от чего у Ивана волосы дыбом встают.

«Означает ли это, что мы не читаем эти книжки? Нет. Просто каждый раз, натыкаясь на проблемный момент, я откладываю книгу в сторону и мы с Никитой (а когда-то с Данькой) обсуждаем проблему. А потом либо я читаю как есть, если проблемных мест мало, либо заменяю древнюю дикость пристойным современным аналогом», — пишет Иван.

Он считает, что новым поколениям нужно объяснять, что персонажи поступают и думают именно так, потому что они продукт своей эпохи. За отсутствием взрослого, который объяснит контекст, выходом стали бы правильные предисловия, пометки и сноски — именно так решили проблему с романтизированием рабства в «Унесенных ветром». «Такие истории неизбежны, но реагировать на них безумными воплями про цензуру, пожалуй, не стоит», — заключает Иван.

«Да, мы с Адель тоже это периодически обсуждаем — например, почему в сказках мачехи всегда злые, а в жизни и не родные мамы могут быть очень добрыми, — рассказывает в комментариях продюсер Сэм Клебанов. — Или почему из сказки в сказку переходит сюжет, как родители хотят отвести детей в лес и там бросить».


Кинопродюсер Владислав Пастернак считает, сноски — дело хорошее, но в тоже время они способны изменить смыслы, заложенные автором: «Тут важно не переборщить и не утаить. Вот, скажем, в четвертом классе в учебнике по чтению был отрывок из „Пошехонской старины», где автор описывает, как встречает в имении у Салтычихи девочку, привязанную на солнцепеке ногами в навозе. Нам на уроке объясняли, мол, вот при царе-то как было плохо, а потом стало хорошо — но это же, мягко говоря, не совсем правда ни про «при царе», ни про «потом»».


Редактор Дмитрий Комаров тоже считает, что объяснять читателям про правильно-неправильно не лучшая идея. Тем более, что такое уже было: «Много лет назад, когда деревья были большими и город Москва был столицей государства СССР, в этом самом СССР иногда издавали книги не совсем точно соответствующие государственной идеологии. Как правило, их снабжали длинными „правильными“ предисловиями и часто „правильными“ комментариями. В один прекрасный момент государственная идеология рухнула, и книги стали издавать просто как книги, без всяких объяснений, что в них „правильно“, а что не очень».

Категорически против идеи Ивана высказался кинокритик Максим Кузнецов: «Ну так может мы как-нибудь сами разберемся, без участия наших героических воинов социальной справедливости? Как-то разбирались всегда. Я вообще когда читал вслух книжки редактировал их, иногда просто читать неудобно. Заменял непонятные слова на понятные. Пояснял туманные моменты».


Комментатор Андрей Шишкин вообще обвиняет Ивана в лукавстве: «Ты как бы говоришь: «Смотрите, я вот объясняю, почему я одобряю и призываю к цензуре, только не надо называть это цензурой». Но что это тогда?» Иван парирует: «Цензура — это запрет. Если бы я не читал Никите «Пятеро друзей» или «Семейку из Шербура“ — это была бы цензура. А мы читаем, я объясняю и мы обсуждаем — таким образом устаревшие и неприемлемые сегодня явления получают контекст и становятся понятными, вписываются в картину изменившегося мира».

«Что-то не припомню я примеров, чтобы наши левые друзья перевоспитали общество при помощи предисловий и комментариев»,  — саркастично комментирует тред Максим Кузнецов.


Если не знаете, что почитать с детьми — самое время познакомиться с сайд-проектом от редакции НЭН, в котором собраны обзоры актуальных книг для и про детей. Читайте на удобной для вас площадке — в Инстаграме, Телеграме или на Фейсбуке.

Ещё почитать по теме

«Сложная литература формирует многогранность понимания истории»: что почитать ребенку о войне


Что почитать с детьми, если привычная литература уже надоела: подборка нескучных книг для малышей и дошкольников


От Барто до Кэрролла — зачем читать ребенку детскую классику

Не пропустите самое интересное
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости
Спасибо, мы будем держать вас в курсе