Редакция
4 December 2020

«Я не хочу поддерживать масштабную индустрию лжи»: колонка матери, которая рассказала детям, что Санта-Клауса не существует

В каждой семье отношения с Дедом Морозом складываются индивидуально. Кто-то старается поддерживать легенду о его реальности до последнего, кто-то не сильно переживает, если в ответственный момент у деда отвалится ватная борода, а кто-то собственными руками готов развенчать миф о волшебном старце — как, например, американская мама Меган Уитакер.

Перевели для вас колонку, в которой Меган объясняет, почему она сама рассказала своей четырехлетней дочери о том, что Санта-Клауса не существует.

На прошлой неделе моя четырехлетка пришла домой и начала говорить о Санта-Клаусе. Ей рассказали о нем друзья в саду. И прямо тогда же я сказала ей правду о Санте. Мы поговорили о человеке, на котором основан его образ, и о том, как в некоторых семьях до сих пор делают вид, что он приносит им подарки. Никаких проблем. Никаких слез. Она еще не успела привыкнуть к этой идее.

Я прекрасно понимаю, что сейчас меня назовут Гринчем, укравшим Рождество. Я просто не хочу врать ей насчет чего-то столь незначительного, что, по-моему мнению, мешает празднику. Моим детям не нужен Санта или эльфы, чтобы почувствовать магию Рождества. Я думаю, они нужны только родителям.

Я прекрасно понимаю, о чем мир говорит родителям. Рождество должно быть волшебным и необычным. Каждый день декабря должен быть пропитан чудесами и восторгом. Это должно быть не просто хорошо, это должно быть запредельно. И поскольку достичь этого невозможно, родители должны хотя бы попытаться создать иллюзию того, что это так.

Они должны наполнить детей восхищением и сломать законы физики. Санта должен прийти. Олени должны летать. Эльфы должны появиться. Мы должны врать им для того, чтобы их самые дикие мечты сбылись. Праздник не может быть просто запоминающимся — он должен быть незабываемым. Но для меня куда важнее, чтобы моя дочь мне доверяла, доверяла тому, что я говорю ей о мире, и о том, как он устроен. И никакое количество веселья не заставит меня от этого отказаться.

Может быть, вся эта зацикленность (и притворство) на Рождестве кажется такой необходимой, потому что мы, родители, пытаемся обрести чувство, которое мы потеряли. Мы хотим, чтобы в жизни наших детей было достаточно волшебства, которое унесет их в счастливую взрослую жизнь. Мы-то знаем настоящий секрет: быть взрослым — это тяжело. Для многих родителей праздники проходят непросто, и даже болезненно. Кроме эмоциональной нагрузки, большинство американцев во время праздников испытывают стресс, связанный с их финансовым положением. Все напряжение, связанное с праздниками, даже приводит к росту числа сердечных приступов.

Волшебные мифы о Рождестве выросли в масштабную индустрию лжи, поддерживаемую страхом не обеспечить своим детям «достаточно хорошее» детство. В период с 2005 по 2017 год 11 миллионов родителей купили эльфов, чтобы перемещать их по дому в течение месяца (прим. ред.: речь идет об американской традиции Elf on the Shelf, в рамках которой за месяц до Рождества в доме появляется эльф, который следит за тем, как ведет себя ребенок, а потом отчитывается об этом Санте). В это время года все постоянно спрашивают: «Что ты попросил у Санты?». Друзья, соседи и незнакомцы в очереди принимают участие в обязательной рождественской магии.

Мои взгляды на этот праздник произошли из моих семейных традиций, и мне хочется передать их своим детям. Мое первое воспоминание о Рождестве: поздним вечером накануне Рождества я лежу под бабушкиной елкой и смотрю на огоньки и переливающиеся игрушки. Вместе с моими двоюродными сестрами, мы хихикаем, шепчемся и пытаемся угадать, что спрятано в коробках. Каждый год, когда мы собирались вместе, мы засыпали под елкой. Мы не хотели подловить Санта-Клауса. Если честно, я вообще не помню, говорили ли мы о Санте во время праздников. Что-то такое было, но я не уделяла особого внимания. Мило, но скорее как дополнение.

Волшебство заключалось в самой комнате. Знакомые стены в темноте, сверкающая елка и блестящие игрушки. Мы ложились спать слишком поздно, смотрели «Рождественские каникулы» и выкрикивали фразы из фильма — я была еще слишком мала, чтобы понимать, что они значат. Мы устраивали «конкурсы красоты» для нашей семьи, которой было некуда бежать. Мы все вместе ждали рождественского утра.

Рождество не всегда ощущается так же, как в восемь лет, когда ты засыпаешь под елкой. Но это, наверное, потому, что я давно не видела той самой елки. Я не помню, когда я последний раз смотрела фильм с двадцатью родственниками. Моя младшая дочь ни разу не видела мою бабушку — из-за времени, из-за денег и из-за расстояния. Это грустно. Но это не из-за того, что в моем Рождестве больше нет Санты.

Будучи родителем, я понимаю желание сделать Рождество более масштабным и волшебным, чем реальная жизнь. Написать письмо Санте или купить эльфа за двадцать долларов намного проще, чем организовать праздник таким, каким он был изначально.

Мы попросили дочь не портить праздник для тех, кто верит в Санту. Я надеюсь, она не станет. Но в нашем доме мы не хотим фокусироваться на чем-то нереальном. Мы хотим сфокусироваться на семье. Нет никакого волшебного деда с подарками. Но есть так много вещей, которые стоит ждать: украшение дома, строительство одеяльного форта, готовка печенья и шопинг. Мы пьем какао, кидаемся снежками и катаемся на машине по району — распеваем песни и смотрим на праздничные огни. Это всего лишь две хихикающие девочки, которые спят под елкой — но настоящая магия спрятана именно в них.

Не пропустите самое интересное
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости
Спасибо, мы будем держать вас в курсе