Тамара Высоцкая
23 февраля 2022

«Счастливая жена, мать и феминистка»: колонка о том, какими должны быть традиционные семейные ценности

Колонка Тамары Высоцкой.
Иллюстрация Настасьи Железняк
Иллюстрация Настасьи Железняк

Каждый раз, когда наши чиновники и публичные лица заводят разговор о «традиционных семьях» и их ценностях, я чувствую себя неуютно. Не только потому, что само понятие «традиционных ценностей» до недавних пор было чем-то совершенно аморфным и противоречивым, а еще и потому, что «традиционная семья» — это моя семья.

Посудите сами: мы с мужем вместе уже почти 15 лет, любим и уважаем друг друга, исправно платим налоги и кредиты, растим сына (наследника!). Если взглянуть на нашу финансовую отчетность, то становится ясно, что «кормилец» в нашей семье — муж, а если взглянуть на нашу кухню, то станет понятно, что «хранительница очага» — это, скорее всего, я, хотя муж никогда не пытался прикинуться, что у него лапки, и упасть в обморок при виде грязного подгузника или рецепта лазаньи.

Да, с многодетностью не задалось, но в остальном я считаю, что мы — абсолютно традиционная семья в самом популярном ее понимании.


И потому каждый раз, когда люди из телевизора начинают рассуждать о потребностях и ценностях «традиционных семей», я воспринимаю это на свой счет.


Недавно в Совете Федерации в очередной раз решили защищать традиционные семьи жесткой цензурой — предложили без суда и следствия удалять контент о радикальном феминизме, чайлдфри и пропаганде абортов.

Такой контент авторка инициативы, сенаторка Маргарита Павлова, окрестила «деструктивным». Заявила, что борьба за права женщин призывает убивать нерожденных детей, а «под видом защиты нарушенных прав женщин очерняются традиционные семейные ценности и роль женщины в семье». В общем, вновь хрупкие традиционные ценности оказались под угрозой тлетворного влияния чужеродных идеалов и пропаганды людоедства.

На скандальную идею уже отреагировали многие, но я отдельно хочу отметить флешмоб, организованный журналисткой и феминисткой Залиной Маршенкуловой. В своем телеграм-канале «Женская власть» Залина призвала подписчиц делиться в Инстаграме своими семейными фотографиями с хэштегом #яфеминистка, чтобы показать: замужние и детные феминистки существуют, несмотря на то, что в публичном пространстве нас часто пытаются убедить в обратном.

Реакция не заставила себя ждать: в Инстаграме стали появляться посты и сторис, в которых женщины — замужние и с детьми — рассказывали о том, как умудряются совмещать феминизм и традиционную семейную жизнь. Оказывается, неплохо умудряются.

Флешмоб поддержала даже Ксения Собчак, которая опубликовала в своем инстаграме видео с сыном Платоном.

Особенно грустно и иронично на этом фоне выглядит совсем другая история, которую не первую неделю обсуждают в русскоязычном Фейсбуке и некоторых СМИ. Я говорю о разводе сыровара Олега Сироты и его жены Пелагеи. Если эти имена вам ничего не говорят, не спешите бежать в гугл, я вам сейчас быстро все объясню.

Олег Сирота — российский предприниматель, владелец сыроварни имени самого себя, расположенной в Истре. Свою сыроварню Олег открыл в 2015 году в годовщину принятия Россией ответных мер на западные санкции. Сирота преследовал амбициозные цели — начал делать российский пармезан и другие благородные сыры, которые перестали привозить в Россию из-за рубежа.

За пять лет до этого, в 2010 году, Олег женился на 19-летней Пелагее — дочери предпринимателя Германа Стерлигова. При этом женитьба происходила как нельзя традиционно. «Свою личную единственную жену (даже не помню, было ли ей 18 лет) „выкупил“ у ее отца на отличного орловского жеребца, — так вспоминает о начале семейной жизни сам Олег Сирота. — Моя невеста в ЗАГСе не то, что стояла и молчала, а реально пыталась сбежать, рыдала, кричала, что не любит. Да какое там не любит — прямо говорила, что ненавидит и обязательно от меня сбежит, как только отпущу ее руку. А ее отец перед свадьбой сказал, что обратно не примет и идти ей теперь абсолютно некуда…».

За 12 лет совместной жизни Олег и Пелагея родили четверых детей, а в октябре 2021 года сообщили о разводе. Впрочем, сам развод, о котором Олег в своих соцсетях лаконично написал «не справились» (по словам Пелагеи, развод произошел именно по его инициативе), обернулся скандалом.

В феврале Пелагея опубликовала на своей странице в Фейсбуке пост, который был впоследствии удален. Если вкратце — в нем женщина поделилась с подписчиками своим беспокойством из-за того, что «Олег так и не пришел к мирному соглашению» с ней.

«Я осталась с брачным контрактом на руках. Который Олег уговорил меня подписать сразу после рождения четвертого ребенка и пребывания нас в реанимации, — написала Пелагея. — По этому контракту у меня не осталось ничего. Ни сыроварни, ни бизнеса, ни машин. Ничего от слова совсем. Все принадлежит Олегу. И наш единственный дом, который подарила мне бабушка, был заложен Олегом в ипотеку на строительство коровника на много лет. И даже эту ипотеку, уходя из семьи, он отказался закрыть».

Интересное по теме

Научитесь разводиться: письмо главреда

Чуть позже женщина удалила пост и написала, что «несмотря на пучину страстей и эмоций, мы с Олегом смогли договориться». Пока нет окончательного решения суда о том, что достанется жене сыровара после развода, заседания продолжатся в марте, но сейчас и Олег, и Пелагея наперебой утверждают, что смогли договориться и найти решение, которое удовлетворит всех.


Мне кажется, вся эта громкая история — прекрасный пример обратной стороны тех самых традиционных ценностей, которые почему-то всегда противопоставляются идеям феминизма и любым системам ценностей, в которой женщина считается человеком с правом личного выбора.


История четы Сирота очень показательна — девушку из патриархальной семьи буквально обменяли на жеребца и выдали замуж за практически незнакомого мужчину против ее воли. Мужчина попользовался, а потом охладел и бросил.

Конечно, я не берусь оценивать уровень семейного счастья Олега и Пелагеи за прошедшие 12 лет. Наверняка в какой-то момент там стерпелось и слюбилось, а постоянно растущее количество детей заставило жену отложить мысли о побеге, но есть подозрение, что правды мы не узнаем никогда.

Самым показательным здесь, пожалуй, является то, что в рамках таких вот антифеминистических традиционных ценностей женщина редуцируется до уровня своих базовых функций. Она должна быть женой — и отец (патриарх семейства) выдает ее замуж за того, кого посчитал нужным. Она должна быть матерью — и она рожает детей. В какой-то момент она надоела — и ее выставляют на улицу, как будто предыдущих лет совместной жизни как не бывало.

При этом мнения общественности по этому вопросу, конечно же, разделились — одни разоблачают Олега Сироту и видят во всей ситуации наглядную иллюстрацию того, как работают традиционные патриархальные отношения, а другие уже считают размер алиментов, которые достанутся Пелагее, и обвиняют ее в том, что она «побирается» и манипулирует публикой, а также утверждают, что о ней совершенно не стоит беспокоиться, потому что ее обеспеченная семья ее поддержит (та самая семья, которая ее на жеребца обменяла — просто уточняю).

В традиционных ценностях — особенно в тех, в которых партнеры относятся друг к другу с уважением, соблюдают достигнутые друг с другом договоренности (это я пишу вместо «хранят верность» — договоренности все-таки разные бывают), заботятся друг о друге, любят друг друга и относятся друг к другу бережно и с уважением — нет ничего плохого. Это я вам как представительница той самой традиционной семьи говорю.

Однако как только эти самые ценности начинают использоваться как инструмент для того, чтобы вернуться в некое благословенное прошлое — то самое, в котором женщина — лишь собственность мужчины, покорно подчиняющаяся его воле и рожающая без конца, пока не окажется в реанимации, то они из неплохой идеи превращаются в оружие массового поражения.

Причем страдают тут все — и сами женщины, которые купились на сказки о «простом женском счастье» и своем общественном долге, и мужчины, которые терпеливо тянут на себе груз материальной ответственности за всю свою семью, потому что способность зарабатывать деньги давно стала мерилом мужской самоценности, и дети, которые среди всего этого рождаются и растут.


Мне не стыдно заявить о том, что я — счастливая жена и мать (тм), а еще я феминистка, убежденная в том, что у каждой женщины должен быть выбор и право голоса во всех вопросах, которые ее касаются.


Выходить замуж или нет, разводиться или нет, рожать детей или нет, посвящать себя дому или карьере, пользоваться противозачаточными средствами или нет. И это не приводит к массовым убийствам нерожденных детей на поздних сроках, которыми нас стращают в Совфеде, к женоненавистничеству, к исчезновению семей с лица Земли и прочим «извращениям».

Свобода выбора и субъектность каждого участника семейных отношений — вот залог успеха любой традиционной семьи, и мне очень хочется верить, что рано или поздно наши законодатели это поймут.

/

/

Не пропустите самое интересное
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости
Спасибо, мы будем держать вас в курсе