Ольга Карчевская
28 February 2020

Прошу оставить меня в покое: отец пятерых детей уволился из семьи

Недавно "Фейсбук" был в ошметки взорван обсуждениями поста православного многодетного отца, который «встретил новую любовь» и решил «быть честным с самим собой». Может ли его оставленная жена позволить себе быть честной с самой собой, — не уточняется. Ольга Карчевская следила за реакцией рунета на эту историю и, похоже, очень возмущена.

Никогда такого не было и вот опять: мужчина произвел на свет энное количество детей, в процессе его отношения с женой и сама жена пообветшали, на ту беду близехонько бежала менее обветшавшая женщина, следующий кадр: мужчина уходит в закат — навстречу более лучшим отношениям и пишет об этом проникновенный текст, в комментариях зрители аплодируют, аплодируют, кончили аплодировать — пришли феминистки, мужчина жалуется на травлю.

Герой этой истории получил премию «Курочка Стандзоня» от проекта «Женская логика». Если вы не знаете, что это за феномен — Павел Стандзонь, то просто загуглите. Это целый отдельный жанр — вот мужчина, вот его бывшая жена и бывшие дети, вот уже мужчина становится психологом/коучем и учит людей строить отношения.

У этого жанра есть разновидность: мужчина — по крайней мере пока — никуда не уходит, но это особо ничего не меняет, потому что во взращивание детей и быт он вовлечен на минималках. Посты о том, как жена куда-то уехала или легла в больницу, и тут мужчина внезапно с огромным изумлением обнаружил, что дети — это хлопотно и сводит с ума: «Я остался со своими детьми один на две недели, и тут я узнал, как на самом деле живет моя жена, низкий ей поклон, поскорей бы она вернулась». Обычно под такими постами разверзается греческий хор восторгающихся героизмом и самоотверженностью этого невероятного отца. Это прекрасная иллюстрация к тому, насколько по-разному общество требует с отцов и матерей. Что бы ты ни сделала как мать, ты все равно будешь недостаточно хороша (Винникот, пока!), но для того, чтобы быть норм отцом, нужно просто никого не бить, несильно бухать и иногда давать деняк.

 Краткое содержание предыдущих серий

Для тех, кто все пропустил и не хочет читать пост, с которого все началось, вот либретто: православный психолог, автор книг про семейные отношения и директор одного хорошего благотворительного фонда, отец пятерых дочерей, одна из которых с инвалидностью, два года назад встретил Любовь, через что оставил опостылевшую за 20 лет брака жену, и почему-то сейчас решил опубличить причины своего выбора. Мол, последние десять лет я жил во лжи к самому себе, подклеивал разваливающийся брак скотчем, но вот не любил жену хоть ты тресни, надеюсь, дети меня простят за то, что не был честен с собой. Так и написал! Вот цитата: «Верю, что дети сумеют меня понять и простить. Не за то, что ушел от их матери, потому что не мог поступить иначе, а за то, что был так нечестен с собой, и за последствия этой нечестности, с которыми им приходится жить».

А вот что пишет его бывшая жена: «После тяжелейшего времени предательства, которое обрушилось на меня и моих пятерых детей за последние 1,5 года, мы неожиданно получили поддержку оттуда, откуда совсем ничего не ожидали! Нам помогло государство! Оказалось, что посторонние люди тоже сочувствуют и могут поддержать! Реабилитация была нужна не только Ксюше, но и мне! Оставшись, по прихоти отца моих девочек, одна с пятью детьми, я первый год просто боролась за свою жизнь и жизнь своих девочек. Мне казалось, что жизнь остановилась. Теперь я знаю, что каждый второй мужчина сбегает из семьи, в которой рождается инвалид!».

С его уходом у его детей ухудшилось качество жизни, задолбавшаяся многодетностью мать стала еще более задолбавшейся, но простить его дети должны не за это, а за то что папаня столько лет мучил себя. Потрясающе, без шуток.

«С момента, как я начал замечать в себе раздвоенность, прошло уже почти десять лет. Это были годы не только мучений, но и напряженной работы над обретением себя, изучения психологии, личной терапии. Но выйти из этого кризиса несколько лет назад мне помогла не психология, а любовь», — так он говорит.

Показательно то, в насколько разных плоскостях живут этот бывший муж и эта бывшая жена. У одного родителя — поглощенность собой, своими внутренними процессами, пространство для рефлексии (Комфортно мне или нет? Честен я с собой или не очень?), у второго — поглощенность детьми и гонка на выживание. Там, где отец задается вопросом «тварь я дрожащая или право имею?», мать, скорее, спрашивает себя: «когда я смогу поспать хотя бы восемь часов подряд?», «как растянуть эти деньги до конца месяца?» и «господи, как не сдохнуть?».

 Мыши плакали, кололись, но продолжали жрать кактус

Благородный муж очень страдал от нелюбви, но исправно совершал свой скромный вклад в появление у жены новых детей. При этом он не забывал раздавать благостные интервью о дарах многодетности с глубокими рассуждениями о том, как надлежит любить свою семью.

Вот цитата из одного такого интервью: «Ответственность за все происходящее в многодетной семье лежит только на отце, ведь женщина, осознанно решившая стать многодетной, тем самым безгранично ему доверилась. Можно сказать, что все свое время и силы она отдала детям, ежедневному практическому служению, по крайней мере до тех пор, пока не вырастут младшие. Это более чем сложно. У мужчины всегда есть возможность посмотреть на ситуацию более отстраненно, более объективно. К тому же женщина в многодетной семье остается незастрахованной от форс-мажора. Православные многодетные отцы, представьте, тоже иногда срываются с катушек, когда бес бьет в ребро, и в этом случае их жены даже с тремя детьми едва ли имеют шансы создать новый союз или обеспечить в одиночку нормальный уровень жизни своим детям».

После множества подобных интервью наш герой посчитал нужным оправдаться за возникший диссонанс. Его панамка оставалась пустой очень недолго, пришлось писать еще один пост, объясняющий предыдущий. И снова — его основная тональность: я очень бедный зайчик, давайте все меня пожалеем.

Каким мог бы быть действительно хороший пост в такой ситуации? Он был бы не о том, что я, дескать, врал самому себе, он был бы о том, что я врал вообще всем: жене своей, детям, вам, которые смотрели на многодетную семью, в которой «папа работает, а мама красивая», и считали ее образчиком счастья и примером для подражания. Ребят, это все на самом деле вранье, это так не работает. Старайтесь поддерживать своих жен в том, чтобы они получали образование, чтобы продолжали уделять время карьере или бизнесу, чтобы у них были свои опоры на случай такой, как наш (а от таких случаев не застрахован вообще никто, даже самый идеальный муж может банально умереть). Не создавайте у них иллюзию, что они до конца своей жизни смогут оставаться домохозяйками за каменной стеной — не надо такого.

Но нет, таких выводов он не сделал. И это очень грустно.

 И охота же им

Отец пятерых детей был всерьез недозагружен, если у него вообще сил хватило о каких-то влюбленностях думать. Все те редкие пары, в которых мужчины по-честному стараются брать на себя свою половину репродуктивного труда, рассказывают о высшей степени истощения, прямо пропорциональной количеству детей.

«Встретив и полюбив другую женщину, я сразу же сказал об этом жене и сразу принял решение уйти, хотя оно далось мне непросто», — такой вот я стремительный, долго думать не стал. Просто споткнулся о новую женщину на улице и сразу же ушел.

Мне попалась у кого-то мысль, что если пост этого я_свободен_словно_птица_в_небесах_отца совместить с фотографией его изможденной жены в окружении пятерых детей, то могла бы получиться неплохая реклама вазэктомии. Кстати, просто напомню, что это обратимая и довольно простая технически операция (быстро и под местным наркозом), и она определенно недорекламирована.

 Куда она смотрела?

В дискуссиях о гендерном разрыве, особенно если речь идет о ситуации домашнего насилия, всегда находятся светлые человечки, которые спрашивают: «А где были ее глаза, когда она от него рожала? Она же сама выбрала его себе в мужья, наверняка были какие-то звоночки, которые она проигнорировала».

И вот этот кейс — идеальная иллюстрация того, что предать тебя может любой, хоть все глаза прогляди, высматривая «звоночки». Даже самый идеальный мужчина может себе в какой-то момент позволить этот вот номер — «я устал, я ухожу». Просто потому, что им можно. Им не светит никакого общественного осуждения, никаких репутационных потерь. Да, комментарии под его постом и под любым подобным постом — разные (до тех пор, пока он не начал тереть неудобные вопросы и оценки), но и людей, восторгающихся его честностью — довольно много. 20 лет человек был, по всей видимости, примерным семьянином и ничем не выдавал своей способности поступить так, как он в итоге поступил. И куда же она смотрела? На него — такого прекрасного. Слушала его благолепные речи о счастье иметь большую семью. Любила его.

Я надеюсь, что многие женщины, знакомые с этой ситуацией, хорошо запомнят: не бывает «не таких», стать наконец честным с самим собой может любой — потому что в его гендерной социализации такое можно.

Если бы женщина оставила отцу их общих пятерых детей и ушла навстречу новому счастью, общество бы ее растерзало. А мужчина всегда получит свою порцию неосуждения и поддержки в этой ситуации. И хорошо, если он будет хотя бы платить алименты (суммарный долг по ним в России вырос до 150 миллиардов рублей), но если нет — с ним тоже никто не перестанет общаться. Ну, так бывает, ничего внештатного.

 Цена публичной честности

Ладно, ты осознал, что последние десять из 20 лет брака не любил свою жену, молодец! Но зачем ей эта информация? И зачем ей всенародное обсуждение этой нелюбви? То есть он не просто забрал у нее любимого человека, опору и поддержку (хотя сейчас можно совершенно законно сомневаться в качестве такой «поддержки», все-таки такая способность наплевать на чувства тех, кто от тебя зависит, не рождается на ровном месте), но и взамен оставляешь вместо себя ощущение, что ты значительную часть жизни была в тягость, обманывалась в том, что тебя любят. Мне даже страшно представить себе, что это за чувство.

Как заметила глава фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская, «для женщины из православного "традиционного" брака это в разы тяжелее. Потому что помимо того, что ей дали понять, что ее обманывали, что она никому не нужна и не была нужна, она еще и чувствует себя потерпевшей фиаско в "основном предназначении женщины"».

Многие из защитников православного психолога пишут, что «он детей не бросил, он оставил им пятикомнатную квартиру и отдает им половину зарплаты». Вообще-то это называется «откуп». Кроме того, половина зарплаты — это неравноценная замена целой зарплате и второму взрослому человеку рядом, особенно если мать не имеет возможности работать и нанимать помощников. Логистика многодетной семьи, если опека не поделена поровну, всей своей массой ложится на одного человека — очень уставшего человека, который много лет по-человечески не спал и не уделял время себе.

Представьте себе, во что выливается любая прогулка или поход в магазин с оравой детей. Каково в одно лицо на всех готовить каждый день, особенно если у детей разные предпочтения и разные аллергии. Каждому уделить какое-то отдельное, свое время. Каждому помочь делать уроки (с одним-то с ума сойдешь). Всех нужно обстирать (рассортировать одежду по цветам, постирать каждую кучу отдельно, развесить, снова рассортировать по полкам детей), всех призвать к порядку, а потом за каждым переделать ту часть уборки, которую удалось выбить из ребенка или подростка и при этом никого из них не убить. Каждый день приходится контейнировать эмоции разновозрастных детей, каждый из которых в своем кризисе, причем в ежедневном режиме делать это чаще всего приходится без собственного ресурса, черпая силы буквально из воздуха. Когда дети болеют по очереди, заражая друг друга, за ними ухаживает в большинстве случаев тот из родителей, кто с ними живет (а не тот, который платит алименты и видит по выходным).

Отец выходного дня же видит детей тогда, когда ему это удобно, соизмеряясь с тем, есть ли у него сейчас на это силы и эмоциональный избыток (и вероятность того, что у него он есть, выше, чем у матери, которая с детьми на постоянной основе — просто потому что он не так истощен бытовым и эмоциональным обслуживанием нон-стоп). Отец-праздник появляется с развлечениями и подарками, как яркая вспышка, ему легче быть для детей хорошим — он же не задолбанная мать, которая рычит на детей от измождения. От этого его ощущение, что он хороший папа, только укрепляется, а у женщины, делающей для детей куда больше, укрепляется противоположное ощущение — «я мать волкам отдать».

Ну и в целом, хорошим отцом быть намного легче, чем хорошей матерью (второе практически невозможно), ибо общество от этих ролей требует принципиально разный объем усилий. Женщины живут под девизом «не задолбалась — не мать», а мужчинам достаточно раз в неделю по головке ребенка потрепать и спросить про отметки в школе, чтобы числиться среди хороших отцов. Поэтому, когда один из двух родителей уходит из семьи, не деля опеку пополам, он именно бросает второго наедине с этим всем. Именно это слово.

Еще забавно, что пишет: «cвою половину пятикомнатной квартиры в центре Москвы, вместе со всем остальным имуществом, я переписал на бывшую жену, оставив за собой право на седьмую часть стоимости квартиры в случае ее продажи». Беглый рисерч показывает, что квартира была приобретена в браке, соответственно это никакая не «его» квартира, а их с женой общая, причем у каждого ребенка в ней есть доля, итого их семь человек — то есть он оставляет за собой право на принадлежащую ему по закону седьмую часть этой квартиры, феноменальное благородство!

 Ну пусть она тоже зарабатывает, насиделась на шее у мужа уже

Становясь «профессиональной матерью», женщина в большинстве случаев теряет свою карьеру, имеющиеся навыки и возможность приобретать новые. Когда у тебя за плечами 20 лет материнства, ты не можешь просто отряхнуться и пойти строить карьеру — никто из работодателей на ждет тебя с распростертыми объятиями. Напротив, они будут думать «о-о-о, пятеро детей, она будет просто не вылезать с больничных и постоянно отпрашиваться пораньше, я лучше мужчину возьму” — как будто мужчины не способны брать больничные и забирать детей из сада.

В многодетной семье деньги, безусловно, важны, но главные ресурсы в ней все же время и запас здоровья у родителей. Даже если родителей в семье двое, больше всего расходуются ресурсы того, кто меньше спит, больше выдерживает детских истерик, больше носит на руках (прощай, спина) и того, кто вынашивает и рожает — это зачастую опустошает физические ресурсы женщины, особенно когда детей много (прощайте, зубы и неопущенное тазовое дно). И уходя в «новую семью» второй родитель еще сильнее урезает того, кто и так сильнее пострадал от многодетности, в его ресурсах. А еще ты не можешь разорваться. Если один ребенок заболел и его нужно везти к врачу, то либо нужна няня, которая будет со всеми остальными (потому что вызвать такси с несколькими детскими креслами сразу — задача совершенно нереальная), либо второй родитель мог бы решить эту проблему, но у него теперь новая жизнь.

Детская поэтесса Мария Рупасова написала по этому случаю: «Отцы, ушедшие из семьи по своей воле, любят подчеркивать, что с детьми они остались в хороших отношениях, ничего не изменилось. И с их точки зрения действительно ничего не изменилось: они как не участвовали в жизни собственных детей, так и продолжают в том же духе. Им искренне кажется, что помнить, как зовут, помнить, сколько лет, а ещё сводить в парк и перекормить сладким — это и есть отношения с ребенком. А это не так. Отношения с ребенком — это ежедневный контакт, полное погружение. И отцы этот контакт имевшие, глубоко страдают, когда он прерывается. Они идут на мучительные компромиссы, чтобы контакт с ребенком не утратить, поскольку эта связь неотъемлема от идентичности родителя. И даже в кругах патриархальных молодые мужчины иной раз решаются посидеть с ребенком без жены (а потом пишут простыни с наивными откровениями: мамочки, оно не жреть, оно уползает, оно не слушается, хотя я строгим голосом сказал «я не разрешаю»! ребята, а еще — я памперс поменял! поздравьте! — мы, конеш, поздравляем, но имей в виду, что половина всех памперсов в принципе твои, мужик)».

Наш православный психолог с ощутимой гордостью пишет, что детей он любит, и на голубом глазу похваляется тем, что платит им аж целых 100 тыщ алиментов. Но чувак, это же по 20 тысяч на одного ребенка и нисколько на саму жену, которая вынуждена за всеми твоими детьми теперь присматривать фултайм! Как в Москве можно растить ребенка на 20 тысяч в месяц, вот просто как? Если ты делаешь женщине столько детей, что она потом не может ни на работу выйти, ни личную жизнь устроить, ты или не уходишь или как-то находишь столько денег, чтобы компенсировать свой уход. Меня реально изумило, что он с какой-то гордостью объявил эту сумму.

Еще в своей «объяснительной» этот расправивший плечи атлант написал, что своим уходом он дает жене возможность тоже встретить настоящую любовь. В этом месте я просто истерично захохотала. Да-да, российские мужчины из Тиндера ждут не дождутся женщин с пятью «прицепами», ей осталось только бровью повести, чтобы окунуться в пучину романтических приключений. Я не говорю, что женщина с детьми подлежит списанию — я-то как раз так не думаю, но в российских реалиях я желаю ей много удачи на этом поприще, потому что абсолютное большинство наших мужчин, к сожалению, думают не так, как я. Про то, есть ли у нее вообще моральные и физические силы после шокового предательства и на фоне всей этой жизни, которая ей досталась в наследство от бывшего мужа, чтобы строить какие-то новые отношения, я просто промолчу.

 Я попросил Наташу оставить меня в покое

В комментариях к своему оправдательному посту отец пятерых написал: «Я сразу же ушел и попросил Наташу оставить меня в покое». Все, что нужно мужчине с пятью детьми, чтобы остаться в покое, — просто попросить. Мужик, проснись, у тебя 5 (ПЯТЕРО) детей, какой покой?

Недавно, кстати, герой этой саги объявил у себя на странице о том, что он теперь психолог и коуч. С нетерпением жду вебинар «Преодолеть бремя многодетности за один разговор».

Читайте также
Не пропустите самое интересное
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости
Спасибо, мы будем держать вас в курсе