«Слишком громкий, слишком быстрый, слишком болтливый»: монолог матери, которая растит ребенка с СДВГ

Иногда кажется, что у всех родителей проблемы примерно одинаковые — ну кому не знакомы недосып, боль в спине и безуспешные попытки объяснить ребенку, что фарш невозможно провернуть назад, точнее, что сломанный банан не починить?

11 ноября 2022
Читатели НЭН

Однако на самом деле вариантов сложностей так много, что не обо всех из них мы успеваем вам рассказать. Пришло время это исправить. Сегодня мы публикуем монолог нашей читательницы, которая растит ребенка с синдромом дефицита внимания и гиперактивности.

К сожалению, такие дети часто ошибочно воспринимаются обществом «невоспитанными», а их родители — некомпетентными. Чтобы сделать этот опыт видимым, мы планируем сделать несколько материалов об СДВГ. Если вы из тех, кому есть что об этом рассказать, пишите на readers@chips-journal.ru или на editor@n-e-n.ru.

Я сижу на площадке, пока мой пятилетний сын играет с девочками на горке. Он зовет их в свой космический корабль, они носятся как обычные дети. Вчера ему поставили СДВГ с оппозиционно-вызывающим расстройством.

Мои друзья и знакомые часто говорят, что я преувеличиваю, излишне жалуюсь и оговариваю его. А я принимаю антидепрессанты, устаю и с содроганием наблюдаю в соцсетях за рождением у подруг последующих детей.

Мне кажется, этот человек был недоволен всем с самого рождения. Выложили на живот, посадили в шезлонг, не получилось проползти — ор и хныканье. Плохой короткий сон. Позже заметила: когда рядом с ним собирается больше двух человек, он начинает вести себя хуже.

А вроде бы все как у всех. Пишу и сомневаюсь.

Интересное по теме

Нет, ваш ребенок не капризный монстр — возможно, у него расстройство сенсорной интеграции

До двух лет и двух месяцев все было ничего, и даже светлый период был, когда зайка делал все, что скажешь. Но пришел кризис трех лет. И порой кажется, что мы с ним не расстались до сих пор.

Гиперактивность — это постоянные жалобы на ребенка. В саду — непослушание и агрессия, так как не может сдержать импульсы. В обществе — неудобность. В заданных рамках начинает ходить по стенам и потолку, постоянно щупая границы и края и без того оголенных нервов родителя. Слишком громкий, слишком быстрый, слишком болтливый. Слишком — это слово про него.

Предлагать выбор — так советуют методички. Так вот, уже с трех лет на выбор из двух он предлагал третье, которое подходило ему, но не всегда подходило нам. Теперь на любые предложения я часто встречаю отказ. А где отказ — там истерика. И не потому что я ведусь, а потому, что невозможно эту фрустрацию пережить.

Еще ему совершенно неважно, с кем спорить: мама, воспитатель, родственник, соседский мальчик 12 лет… И за несогласие с ним можно получить, — да, даже маме и мальчику. Сейчас уже стало получше, можно обойтись маханием руками, угрозами словами и кулаком.

При всем этом он очень много знает, быстро схватывает любой материал, и речевое развитие идет по норме, что сейчас такая редкость. Наверное, поэтому никто не верит, что он не обычный, не «просто плохо воспитан».

Я чувствую, что оказалась в замкнутом круге. Соблюдение режима и ограничения себя — для примера. Побыть одной можно только в режиме мультов, а детям с СДВГ рекомендуется их ограничивать. Мои границы постоянно нарушаются. Я все время начеку и не могу расслабиться, да, даже во время мультиков. Я не стесняюсь пользоваться помощью бабушки, но психологи рекомендуют ограничивать время с ней, так как усиливаются невротические проявления (бабушка манипулирует и ограничивает).

Интересное по теме

Бабушкина забота не всегда полезна: новые исследования выяснили, как старшее поколение вредит своим внукам

Сейчас я не могу найти баланс между поддержанием своего внутреннего ресурса и снижением симптоматики сына. Папа в основном отгораживается, он тоже страдает дефицитом внимания и тревожностью, много работает. Мне кажется, что эмоциональное и дальнейшее благополучие сына целиком зависит от меня. О поступлении в школу я думаю с содроганием. А пока даю ему свободу в движениях — и он лазает по деревьям, ступает в лужи, плавает во всех водоемах. Он знает всего пару букв и цифры. Но по крайней мере неуклюжесть и неловкость, которая бывает свойственна гиперактивным детям, его миновала.

Я хвалю и благодарю его за каждую мелочь, чтобы избежать так любимых им протестов и отказов. И он любит резать картошку для супа и умеет жарить яичницу и оладьи. Вожу его на робототехнику и футбол, чтобы обнаружить его зону успеха. Читаю книги про злость и агрессию — и говорю, говорю, говорю.

Кажется, что для заметных и положительных результатов нужно быть не просто достаточно хорошей мамой, а идеальной, у которой заранее просчитаны все фрустрации и эмоции. Именно это мне нужно прорабатывать в своей терапии.

А пока очень медленными, порой кажущимися невидимыми шагами, иногда с чувством бессилия мы идем к самоконтролю, пониманию своих эмоций и принятию особенностей. Хотелось бы через несколько лет, перечитывая это письмо, понимать, что здесь и здесь мы справились, это ушло и в целом — он стал совсем другим ребенком.

Интервью «Оказывается, это популярно в России»: мама, вымывшая сыну рот с мылом, дала интервью НЭН
Насилие по отношению к детям недопустимо. А если в шутку? А если в воспитательных целях? Мы уверены, что нет.