«Важно признавать этот голос внутри, который в ужасе». Людмила Петрановская — о том, как поддержать себя и ребенка в тяжелой ситуации

Не замалчивать, заземляться и искать в окружающих поддержку.

Кадр из видео "Осторожно: Собчак" | YouTube.com

В декабре психологиня Людмила Петрановская выступила на благотворительном мероприятии, организованном в поддержку фонда «Шанс на жизнь». Ее лекция была посвящена тому, как поддерживать себя и детей в непростое для всех время. С разрешения фонда и самой Людмилы Владимировны публикуем расшифровку этой лекции.

Интересное по теме

Опора для родителей: все, что мы знаем о Людмиле Петрановской

«Родители выбирают стратегию не расстраивать ребенка, потому что боятся не справиться с его чувствами»

Когда происходит то, что не должно происходить, — заболевание, длительное лечение, обстрелы, необходимость куда-то срочно перемещаться, — это не может не затрагивать ребенка. У взрослых в такой ситуации вопрос: что с этим делать?

Мы не можем сделать так, чтобы эти события никак не затрагивали детей. Но мы можем сделать так, чтобы они не стали определяющими в их жизни. Чтобы эти события превратились для ребенка в опыт, но не оставили длительного травматического следа.

Первое, что необходимо сделать, — корректно сформулировать для себя задачу.


Если мы ставим задачу «сохранить детство золотое» — придется что-то замалчивать. Но важно помнить: блаженное неведение — это не очень хорошая вещь.


Во-первых, ребенок не может не видеть, что что-то происходит. Если он не понимает смысла событий в силу возраста, он все равно чувствует. У родителей есть соблазн ничего не объяснять, потому что — зачем расстраивать? Взрослые сами умирают от страха, но стараются ребенку ничего не говорить. Ребенок это все видит, а главное — он видит, что взрослый напуган, напряжен, подавлен. Например, ситуация, когда взрослые замолкают, лишь только ребенок входит в комнату. Он может подумать: «Наверное, это что-то ужасное, о чем даже мои родители боятся говорить вслух».

Таким образом из этого складывается фигура умолчания. Дети постарше могут начать сопоставлять, додумывать и складывать из услышанных обрывков свою картину, порой — очень причудливую. Я знаю ситуации, в которых дети на основе услышанного решили, что они не родные, что их собираются куда-то отдать. И человек потом десятилетиями жил с мыслью, что он не родной своим родителям, и не решался об этом поговорить. А потом выяснялось, что была напряженная семейная ситуация, которая к нему напрямую не относилась. Какие-то дети делали выводы, что они смертельно больны. Когда мы ребенка оставляем один на один с чем-то пугающим, детская психика может быть изобретательной в нехорошем смысле этого слова.

Интересное по теме

Чем опасны для ребенка взрослые, которые «никогда не злятся»? Главное из эфира Людмилы Петрановской

«Родительское бессилие — самое мучительное чувство»

Родители выбирают стратегию не расстраивать ребенка, потому что боятся не справиться с его чувствами. Пугает не та реальность, которая есть, а столкновение с ужасом ребенка. Мы, родители, заточены эволюцией на то, чтобы защищать и спасать своего детеныша. И наш детеныш уверен, что мы как-то его спасем. И когда мы сталкиваемся с ситуацией, в которой ничего сделать не можем, — война, тяжелое заболевание, — мы испытываем бессилие.


Родительское бессилие — самое мучительное чувство. Когда ребенок чувствует, что родитель сам в ужасе, ему становится еще страшнее.


Поэтому очень важно для взрослых обсуждать с кем-то свои переживания: с другими родителями, с волонтерами, с психологами. Очень важно, чтобы у вас была поддержка других взрослых людей. Важно признавать этот голос внутри, который в ужасе. Надо относиться к этому голосу с сочувствием. Это не малодушие, это адекватная реакция. За ней стоит любовь к ребенку и желание, чтобы он был в безопасности. Находить опору в рассудочной части. Я знаю родителей, которые утешаются статистикой: вероятность того, что [снаряд] попадет именно в нас, невелика. Кому-то помогает рацио. Кому-то — фаталистичный настрой. Есть люди, которые черпают опору в отношениях: что бы там ни было, мы вместе.

Если мы говорим про ситуацию в моменте, то здесь могут помогать любые способы заземления. В интернете есть много рекомендаций — они связаны с практиками, которые помогают ощутить свое тело, температуру вокруг, дуновение ветра, прикосновение солнца к коже; ощутить рядом другого человека, обнять его или попросить, чтобы вас обняли. Если представить нашу психику в виде трехэтажной конструкции, то нижний этаж — это все, что про тело. Верхний — все, что про разум. Средний — все про чувства и отношения. Наши переживания за ребенка — на среднем этаже. Мы можем себе помочь, сдвинув фокус либо на тело, либо поднять его выше, обратившись к рациональному. С ребенком можно это делать в виде игры. С детьми постарше можно о чем-то поговорить, предложить им игру в города. Можно вместе читать книжку.

Одна из задач родительства — научить ребенка справляться со стрессовыми ситуациями, показать ему приемы, которые помогут. Если дети вынуждены прятаться в убежище, можно вовлечь их в простую игру. На сложные виды деятельности наш мозг в сильном стрессе не очень способен, а вот ритмические игры вроде «Летел лебедь» — в самый раз.

Интересное по теме

ААААА!!!! 11 способов очень быстро снять стресс

«Точку покоя нельзя отдавать врагу»

Есть и другая крайность, когда взрослые начинают выливать свои переживания на детей и вовлекать их в тревогу. Обсуждать, куда катится мир, что все будет плохо, все против нас. В таких ситуациях есть сильный соблазн использовать аргумент «устами младенца»: детей через их слова и рисунки начинают вовлекать в глобальный диалог с миром.

Тут надо за собой присматривать, потому что слова ребенка — действительно сильный, бьющий по эмоциям аргумент. Но нужно спрашивать себя: «Я это делаю для него, или у меня есть другие, не вполне осознаваемые интересы?» Мы должны объяснять происходящее детям для того, чтобы они не оставались со страхом один на один; чтобы понимали, почему происходят те или иные вещи, а главное — что мы планируем делать в связи с этим. Должен быть выход на практику, и он очень сильно зависит от возраста ребенка. Если ребенок маленький, ему важно просто услышать: «Я с тобой». Важно обеспечить ваше присутствие, контакт. Отложите в сторону переживания: никакой мировой апокалипсис не отнимет ваше время с ребенком. Точку покоя нельзя отдавать врагу.

Если говорить про детей чуть постарше, то им важно понимать, что взрослые знают, что делать. Куда вы прячетесь, когда сирена? Что вы делаете в такой ситуации? А в такой? Не бойтесь отвечать на вопросы. Реалистично, уверенным голосом.

Если говорить про детей следующей возрастной категории — от шести лет и старше, — им важно знать, что существует социум, общество, страна, волонтеры — сообщество взрослых людей, которые знают, что делать.


Дети любят, когда им рассказывают, как все устроено.


В моей практике была девочка с опытом реального голода. У нее было расстройство пищевого поведения, и ей очень нравилось, когда папа ей рассказывал про систему сбережения зерна: как выращивают хлеб, как его пекут, почему он никогда не заканчивается. Это была ее любимая сказка в течение полугода после прихода в семью. До этого она не могла заснуть, у нее было навязчивое чувство голода. Дети должны знать, что делать, чтобы справиться с бедой.

Подросткам этого уже недостаточно. Им важно быть полезными самим. Их тревога будет лишь нарастать, если с ними обращаться как с малышами. И если им подсовывают какие-то суррогатные виды деятельности, они на это очень обижаются. Подростки способны на многое, им можно найти какие-то безопасные задачи, но такие, где они будут чувствовать, что приносят пользу. В этой ситуации над подростками меньше надо трястись и давать им больше возможностей приносить пользу.

Мнения Отвратительные привычки партнера: с чем невозможно смириться в отношениях?
Женщина пожаловалась на поведение супруга, и ей посоветовали с ним расстаться.