Гендир немецкой компании уволился, чтобы его жена могла заняться карьерой: объясняем, почему это важно

«Я хочу уделять больше времени моей растущей семье, — сказал Риттер в своем официальном заявлении. — Мы с женой договорились, что в последующие годы ее профессиональные амбиции будут у нас в приоритете». Риттеру 38 лет, из них он проработал в компании более 11, а до момента истечения его трудового контракта оставалось еще два года.

Это уже не первый раз, когда Риттер попадает в местные СМИ в связи со своей «включенностью» в семью — в 2019 году он на целых два месяца уходил в декрет после рождения своего первого ребенка. Решение Риттера стало неожиданным для его коллег и нетипичным для Германии, где разница в оплате труда мужчин и женщин считается одной из самых больших в Европе.

Каждый раз, когда мы публикуем подобные новости: об отцах-политиках, бизнесменах, селебрити, которые уходят в декрет (как правило, на какие-то кажущиеся нам смешными сроки), в комментариях начинается бурное негодование. И несмотря на то, что публичный уход человека уровня Риттера в бессрочный декрет — история крайне редкая и немного шокирующая для широкой общественности, я все равно предвкушаю возмущение.

Это даже не о потере работы в пользу домохозяйства, а о каких-то сущих мелочах: о выборе работы не потому, что ее хочешь больше всего, а потому что она ближе к детскому саду ребенка. Не потому, что там хороший коллектив и интересные задачи, а потому, что там охотнее дают больничные и есть ДМС. Не потому, что там больше перспектив, а потому, что там меньше командировок.

Я еще не говорю о том, что даже при наличии всех социальных благ и лояльного руководства, выпасть на полтора (а то и три) года из рабочего потока — это во многих сферах — карьерное самоубийство, после которого многие не в состоянии восстановиться годами (или вообще).

Именно поэтому я прекрасно понимаю (и разделяю) ваше возмущение и негодование — почему из поступка Риттера мы делаем матросовский подвиг, а из миллионов аналогичных поступков безымянных женщин делаем просто статистику?

Во-первых, потому что это нетипично. Освещая систематические, глобальные, масштабные проблемы, очень важно освещать и исключения, частные случаи и неожиданные решения, которые разрушают этот социальный паттерн. Невозможно нормализовать что-то, о чем никто не говорит — все начинается как раз с единичных случаев, о которых нельзя молчать.

Во-вторых, потому что это личный пример.

Да, разница между CEO большой корпорации и среднестатистическим российским отцом колоссальна, но психологически людям часто проще подражать медийным лицам, чем соседям с третьего этажа.

Об этой разнице, кстати, уже пишут возмущенные комментаторы в зарубежных соцсетях — мол, чему вы радуетесь, он же просто миллионер, который решил пораньше уйти на пенсию. И здесь мне тоже сложно поспорить: если в мире больших денег работающие партнеры могут играючи меняться ролями «домохозяина» и «добытчика», то в реальности (в частности — в российской реальности) далеко не каждый отец может отказаться от работы ради карьеры жены — особенно, если ее зарплата в разы ниже его собственной (нередко — опять-таки по причине затяжного декрета и невозможности профессионально реализоваться).

Конечно же, я не говорю о семьях, где такое распределение ролей является добровольным и осознанным — но что-то мне подсказывает, что таких не очень много, а грань между осознанностью и вынужденными мерами там почти стерлась.

Нам вполне объяснимо сложно верить звездам и публичным людям: говорят, Кейт Миддлтон никогда не кричит на детей (ага, конечно), а вот Рубин Риттер пожертвовал карьерой ради амбиций жены (слово-то какое монументальное — «пожертвовал»). У нас с ними катастрофически разные жизненные обстоятельства. На их стороне — деньги, наемный персонал, огроменные привилегии и мощная страховочная сеть, на нашей стороне — нередко только голый энтузиазм и вера в собственные ценности. Негусто, что ни говори, но иногда достаточно для конструктивных перемен.

И да, как бы ни грустно было это констатировать, большинство семей вряд ли когда-нибудь смогут позволить себе «маневр Риттера» — отправить отца на хозяйство после 11 лет оглушительных карьерных успехов, ради того, чтобы мать смогла заняться своей карьерой (что, давайте признаем, в условные 38 делать несколько сложнее, чем в условные 27 — возраст супруги Риттера нам неизвестен, как и ее имя, которое СМИ сочли недостаточно значимым, чтобы его упомянуть).

Однако если и существуют семьи, которые могут предположить для себя такую возможность — пусть не сразу, пусть за несколько лет, пусть с накоплениями и привлечением дополнительных ресурсов, то теперь они знают, что так бывает. Что они не сумасшедшие, не фрики, не социальные извращенцы — так, оказывается, тоже можно, вон даже в новостях писали. И если новость о миллионере, который ушел на пенсию (но публично сказал, что делает это ради карьеры жены!) хоть кого-то подтолкнет к решению, которое сделает обоих счастливыми (да, мужчины, которым в кайф сидеть с детьми и готовить обеды, тоже существуют — это не зашито женщинам в генетический код), то значит, эта колонка была написана не зря.

Понравился материал?

Поддержите редакцию!

Понравился материал?

Поддержите редакцию!