Месяц в мире традиционных жен: «не буду притворяться, что мне совсем не понравилось»

Люси Найт заметила, что в последние месяцы в моде истории о традиционных женах. Например, в романе «Былое» (Yesteryear) Каро Клэр Берк главная героиня — Натали, 32-летняя звезда соцсетей. У нее много общего с инфлюэнсером Ханной Нилман, которая ведет блог о жизни на ферме.

В «Былом» Берк утверждает: то, что кажется свободой, — отказ от работы в офисе, дети, резвящиеся в полях, блюда, приготовленные с нуля, — всегда иллюзия. Финансами Натали управляет муж, поддержка со стороны его влиятельных родителей зависит о того, подарит ли она им «большую американскую семью».

При этом мир настоящих традиционных жен многим кажется привлекательным. У самых известных из них — Ханны Нилман и Нары Смит — 10,4 и 4,8 миллиона подписчиков в Instagram* и 10,5 и 12,4 миллиона в TikTok, пишет The Guardian.

По роману «Былое» снимают фильм с Энн Хэтэуэй в главной роли. Наряду с ним вышли такие книги, как «Секрет традиционной жены» Лианы Чалд, «Традиционная жена» Саратоги Шефер, «Тебе все лгут» Джо Пьяццы.

Согласно недавнему исследованию, почти треть мужчин-зумеров считает, что жена должна подчиняться мужу, с ним согласны 18% их ровесниц.

И Люси Найт решила на месяц погрузиться в мир традиционных жен: читала о них романы, смотрела их видео в соцсетях, даже готовила по рецептам Нилман и Смит. Ей хотелось понять, что именно миллионам людей кажется в их культуре таким притягательным.

Первая неделя

«До этого месяца, когда я всерьез начала искать все, что связано, с традиционными женами, алгоритмы мне уже показывали несколько видео Смит. И с ее форматом я была знакома: 24-летняя модель хриплым полушепотом говорит, что ее ребенок или муж „давно мечтали“ о каком-то блюде, и она тут же готовит его, будь то воссоздание популярного американского полуфабриката или собственноручное изготовление жевательной резинки.

И все это на фоне безупречно чистой кухни и в нарядах от кутюр. Все, даже имена ее детей, — Рамбл Хани, Слим Изи, Уимзи Лу и Фони Голден — настолько вычурны, что это кажется театральной постановкой. Если бы я не знала, что Смит в 18 лет вышла за Лаки Блю Смита, который работает моделью и исповедует мормонизм, и в том же году родила первого ребенка, то решила бы, что она ведет пародийный аккаунт.

Но в этом месяце, я решила копнуть глубже и начала регулярно проверять аккаунты Смит и Нилман. Я узнала, что Нилман вот-вот родит девятого ребенка, и наблюдала, как она порхает в вязаных нарядах природных оттенков, пока я ехала на работу в переполненном поезде. В одном особенно цепляющем видео Нилман с мужем комментирует скандал, разгоревшийся из-за продаж потенциально небезопасного сырого молока с фермы Ballerina Farm.

Я подписалась на канал в соцсетях с прямыми эфирами Смит, Nara’s Notes, и была в шоке, когда, сидя с друзьями в пабе, получила уведомление от нее. На секунду я подумала, что Смит написала мне в личные сообщения. Конечно же, это не так: это рассылка для меня и тысяч других подписчиков — с фотографией 16 цыплят, которых Смит только что приобрела, и вопросом, как их назвать.

По мере просмотра у меня не получается притворяться, будто мне совсем не нравится: особенно затягивают тщательно стилизованные кулинарные мастер‑классы Смит. 4 марта Нилман родила девятого ребенка (дочь), и я вспомнила ее слова из ставшего вирусным интервью The Times, которое она дала в 2024 году. Тогда Нилман призналась, что испытала «потрясающие ощущения», когда во время родов шестого ребенка ей сделали эпидуральную анестезию. Мужа в тот момент в палате не было. Судя по всему, она намекала, что супруг мог не одобрить подобное.

Это напоминание о том, как легко увлечься этой радужной картинкой. Стоит немного отвлечься — и ты начинаешь думать о том, каково на самом деле жить так же, как эти люди».

Вторая неделя

У Найт нет ничего общего с типичными традиционными женами — она работает полный день, ей скоро исполнится 30, и детей у нее еще нет (есть кошка). Но ей нравится готовить, что является важной частью жизни у традиционных жен — инфлюэнсеров. Найт решила, что просто обязана испечь хлеб:

«Выпечка лежит в основе старомодной эстетики cottagecore, которая в последние годы стала популярной. А еще она лежит в основе всего успешного контента, который создают традиционные жены. К тому же выпечка хлеба привлекла меня тем, что я уже знаю основы. Чаще всего я делаю фокаччу. Рецепты фокаччи Нилман и Смит есть в открытом доступе, поэтому логичнее всего было начать с них.

Рецепт Нилман, вдохновленный ее недавним визитом в кулинарную школу Ballymaloe в Ирландии, требовал закваски, которой у меня не было. Вместо того, чтобы ждать неделю, пока закваска приготовится, я выбрала рецепт Смит. Он почти ничем не отличался от того, которым я обычно пользуюсь. Единственное отличие — добавление масла с чесноком и водорослями от Нары Смит. Как и большинство контента, созданного инфлюэнсерами, львиная доля видео, которые публикуют Нилман и Смит, побуждают вас покупать товары их собственного бренда. В ближайшем супермаркете не продавалось масло от Нары Смит (что неудивительно), поэтому я заменила его обычным оливковым маслом — и все отлично получилось.

Я вспоминала, насколько расслабляющим я нахожу процесс выпечки хлеба, пока обминала тесто. В некоторой степени я могла себя представить человеком, который печет хлеб каждую неделю. Когда дни наполнены суетой, а поесть иногда забываешь, более медленный темп жизни, который обещают идеально смонтированные кулинарные видео, кажется привлекательным. Пока мое тесто подходило, я решила попробовать еще один рецепт Нилман — на этот раз малинового джема.

«Мы семья, обожающая джем, — приводит слова инфлюэнсера The Goose Gazette. — Одной порции тостов на завтрак хватает, чтобы опустошить всю банку».

Подражая стильно-деревенскому образу Нилман в своей небольшой квартире в Лондоне, я надела комбинезон, который довольно похож на тот, в котором она варит джем. У меня нет девятерых детей, поэтому я существенно сократила пропорции в рецепте. Возможно, чересчур, так как у меня получилась лишь половина банки. Еще я использовала обычный сахар вместо «сырого органического сахара» — такого в ближайшем супермаркете тоже нет. Но то небольшое количество джема, которое мне удалось приготовить, получилось довольно вкусным, а сам процесс оказался относительно простым».

Найт отмечает, что традиционные жены, ставшие инфлюэнсерами, будто бы подают сигнал: у них есть время на то, о чем большинство слишком загруженных людей даже не задумываются. А свободное время, или его иллюзия, крайне завидный ресурс.

Автор готовящегося к публикации романа «Традиционная жена» Сара Лэнган считает, что многие из нас тоскуют не по тому образу жизни, который ведут традиционные жены, а по самой идее обладать «досугом и экономическим ресурсом, чтобы иметь возможность поддерживать связь с семьей, друзьями, а также помогать людям, нуждающимся в помощи». В конечном счете, привлекательность заключается в вопросе: «Разве нам всем не хотелось бы взять выходной?»

«Большое количество людей чувствует, что они перегружены работой, — говорит профессор Хиджунг Чанг, соавтор исследования 2025 года Королевского колледжа Лондона, которое показало, что привлекательность феномена традиционных жен — это ответ на то давление, которое в современном мире испытывает человек. — Им кажется, будто они крутятся, как белка в колесе: работа, воспитание детей, социальная жизнь. Людям кажется, будто они никогда не отдыхают».

Найт задается вопросом: действительно ли эти женщины, у которых четверо и более детей, живут в более медленном ритме? В том же интервью The Times также говорится: «Иногда Нилман чувствует себя настолько плохо от усталости, что не может встать с постели целую неделю».

«Я напомнила себе, что в жизни есть нечто большее, чем хороший хлеб. Как бы я ни любила печь, еще мне нравится видеться с друзьями, ходить в кино, картинные галереи и на вечеринки, плавать и читать. Если это значит, что чаще всего мне придется покупать хлеб в супермаркете, то я согласна», — добавила Найт.

Третья неделя

«К этому моменту я уже очень хорошо знакома с контентом Нилман в социальных сетях и замечаю, что большая его часть посвящена магазину Ballerina Farm, где продаются товары ее бренда. Так мы подходим к одному из парадоксов самых успешных традиционных жен — инфлюэнсеров: они зарабатывают состояние за счет карьеры в соцсетях, а, значит, на самом деле вовсе не являются традиционными домохозяйками.

Как говорит журналистка Лиззи, главная героиня триллера о традиционных женах «Тебе все лгут», после встречи с блогерами на конференции «мамфлюэнсеров»: «Они все продвигают эту идиллическую фантазию о создании семейного уюта и жизни за счет земли, выступают против концепции „женщины-начальницы“, а сами строят капиталистические империи».

Если честно, большая часть контента, который я смотрю, довольно скучная. Хотя я напоминаю себе, что не должна испытывать чувство превосходства над теми, кого что-то подобное увлекает: я сама порой смотрю объективно скучный контент британского блогера Молли-Мэй Хейг, бывшей участницы Love Island и модного инфлюэнсера. Хотя ее и не относят к традиционным женам, у Хейг есть нечто общее с ними: это молодая мать, которая гордится своим домом и уделяет большое внимание семейной жизни в соцсетях.

Фактически контент, который можно назвать «соответствующим образу традиционной жены» — например реалити-шоу With Love, Meghan герцогини Сассекской на Netflix и соцсети блогера Mrs Hinch, которая снимает видео об уборке дома, — кажется гораздо более распространенным, чем, скажем, десять лет назад, когда в моде был феминизм, а вести домашнее хозяйство считалось в целом так себе занятием.

Это не означает, что готовка и уборка не могут быть осознанным выбором или что мама, ставшая домохозяйкой, не может быть феминисткой. Но меня действительно тревожит посыл, который транслируется через подобный контент. Вдохновляет ли он стать традиционными женами тех, у кого нет состояния или карьеры, как у Нилман и Смит, кто лишен финансовой независимости, у кого нет возможности выйти из отношений, если они ухудшились?

А что насчет культуры, которая прославила традиционных жен? Берк недавно писала в The Guardian, что этот термин изначально был «придуман и распространен мужчинами. Он родился в сырых и мрачных пещерах форумов инцелов, где анонимные пользователи выдвигали совершенно неоригинальную концепцию жены, которая будет делать все то, что настоящие женщины в реальной жизни выполнять отказываются: вести хозяйство, рожать детей, заниматься сексом по команде и, что самое главное, ничего не требовать взамен»».

Четвертая неделя

«Весь месяц я последовательно читала пять романов о традиционных женах, а на этой неделе из-за нескольких долгих путешествий на поезде у меня появилась возможность всерьез погрузиться в чтение.

В каждой книге есть какая-то тайна. Например, Шефер и Лэнган используют сверхъестественные элементы, чтобы подчеркнуть ужас мизогинии, а триллер Пьяццы достаточно прямолинейный, но очень увлекательный. Логично, что в основе этих книг лежат секреты — наверняка многие из нас думают, когда смотрят видео традиционных жен в социальных сетях, что их жизнь не может быть такой же идеальной, как на картинке.

К тому же, структура этих произведений глубже. В «Былом» автор изучает отношения между маносферой, политической повесткой правых консерваторов и привлекательной природой контента, который создают традиционные жены — инфлюэнсеры. Берк рассказала мне, что аккаунт Нилман Ballerina Farm «набрал миллионы подписчиков летом 2022, когда, благодаря ряду консервативных инклюэнсеров, было отменено решение по делу Роу против Уэйда (прецедентное решение Верховного суда США 1973 года, гарантировавшее право на аборт на федеральном уровне; его отмена в 2022 году вернула регулирование абортов на уровень штатов)». Она не согласна с идеей о том, что «женщины просто этого хотят», и подчеркивает: «многие из подобных вещей очень хорошо финансируются».

По завершении месяца, посвященного миру традиционных жен, проблема становится очевидна. Проблема в том, что ни одна из фантазий, которые продают женщинам как рецепт счастливой жизни, на самом деле не работает — ни образ «женщины босса», который строит головокружительную карьеру и при этом питается правильно и не пропускает пятнадцать шагов утреннего ухода за кожей, ни жизнь на ферме в окружении постоянно прибывающих детей и кур.

Однако молодые люди продолжают обращаться к выдуманному миру традиционных домохозяек в надежде, что он им предложит что-то получше», — пишет Найт.

По словам Чанг, в большинство правительств сделали недостаточно, чтобы справиться с общим ощущением того, что молодые люди «не способны свести концы с концами с помощью работы, не имеют возможности купить жилье, не говоря уже о том, чтобы заводить детей».

В такой обстановке, считает она, необходимо осторожно относиться к нормализации «даже таких безобидных мелочей», которые присутствуют в эстетике традиционных жен, как выбор наряда. Ведь с помощью таких традиционных маркеров, «мы будто сигнализируем друг другу, что возвращаемся к очень старомодным нормам, которые были достаточно мизогинными в отношении к женщинам. А это создает неверное впечатление».

Резюмируя, Найт отмечает, что согласна с одной из героинь романа «Былое»: никто из ее знакомых не хочет променять свою единственную жизнь на то, чтобы быть марионеткой какого-нибудь миллиардера.

«Но и они [традиционные жены] не хотят быть марионетками мизогинного мужа. Может, найдется какой-нибудь третий вариант? И, возможно, он станет новым популярным трендом?» — интересуется она.

* — принадлежит компании Meta, признанной экстремистской и запрещенной в России.