Читатели НЭН
12 October 2021

«Боль стала не такой острой, но эта потеря будет со мной навсегда»: монолог о перинатальной утрате

Октябрь — месяц информирования о перинатальной утрате, СВДС и младенческой смертности. Каждый год мы публикуем истории по теме, в том числе и монологи наших читательниц, столкнувшихся с опытом потери беременности или ребенка.
Из собрания Третьяковской галереи | Коллаж Аси Березиной
Из собрания Третьяковской галереи | Коллаж Аси Березиной

Сегодня мы публикуем историю Марины, которая прислала письмо в редакцию с такими словами:

«Сказать честно, хотела поделиться своей историей еще раньше, но, видимо, сейчас захотелось больше всего. Так сложилось, что пришлось открыть ваш ресурс не только ради легких и всегда улыбающих меня статей, но и для жадного поиска всего, что так или иначе было связано с потерями беременности — историй было не так много, и я перечитывала их по несколько раз, цеплялась как за соломинку. Именно тогда и возникло желание описать и свой опыт — „пополнить“ эту копилку тяжелых, но таких нужных для прочтения историй. Для прочтения теми, кто, к сожалению когда-нибудь с этим столкнется. Буду благодарна за публикацию, такие истории в публичном пространстве очень помогают тем, чье сердце разбито прямо здесь и сейчас».

Моя беременность прервалась на 22-й неделе почти девять месяцев назад. Она была запланированной и очень желанной, второй по счету. Первая протекала отлично, сыну сейчас уже почти три с половиной года. Отчасти поэтому я и думать не могла, что какие-то сложности могут возникнуть уже в таком серьезном втором триместре. Стандартный скрининг и НИПТ (неинвазивный пренатальный тест — прим. ред.) никаких проблем не выявили, все протекало хорошо. Мы уже знали пол…

Все началось, казалось бы, довольно невинно, с каких-то легких мажущих выделений накануне Нового года. Далее события развивались каскадом: укорочение шейки, госпитализация, угроза и моему здоровью, попытки все сохранить.

Интересное по теме

«Это странное чувство – наблюдать за концом в начале жизни»: колонка Иры Зезюлиной о потере беременности

Три недели я провела в трех разных больницах Москвы и столкнулась, к сожалению, с разным отношением. Мой срок не позволял госпитализировать меня в роддом, поэтому я пребывала в обычных гинекологиях, для которых мой случай был не самым простым и, как показала практика, врачи зачастую были некомпетентны.

Не буду сильно вдаваться в эти подробности, спустя три недели стало понятно, что организм запустил выкидыш. Вышли все воды, было принято решение индуцировать роды.


Никакие врачи особо бы не помогли, в моем случае причиной был инфекционной процесс, который запустил эту лавину. Откуда и как могла развиться какая-то инфекция, так до конца и непонятно.


После прерывания по всяким анализам все было уже довольно чисто — это и понятно, три недели антибиотиков, как ни крути. Под конец всей этой истории, к моему спокойствию, я оказалась в руках надежных людей, все окончательные решения было принять уже гораздо легче.

Это было большим ударом. Вернувшись домой, я чувствовала себя опустошенной и раздавленной, плакать хотелось каждый день. Спасали муж и сын. Благодарила жизнь за то, что есть. Плакала за то, что потеряла.

Интересное по теме

Почему разговоры о потере беременности — это еще не все: колонка матери и журналистки

Обратилась в фонд «Свет в руках», их групповые онлайн встречи мне очень и очень помогли — чувствовала, что я не одна. Вот именно это и важно — понимать, что ты в таком своем горе не одинока. Совсем не одинока. Искала похожие истории, читала и плакала. Как оказалось, выплакивать было также очень важной штукой. Прочитала пару книг по этой теме. Была рада любой возможности рассказать кому-то о случившемся со мной. Немножко вела дневник.

Эмоционально мне было очень сложно в нескольких вещах:

— принять, что точной причины так и не удалось выяснить;

— сформулировать для себя, кем же был для меня этот малыш, с которым я так и не встретилась (я так и продолжаю плавать в этих мыслях);

— периодами приходило чувство вины, почему я не посмотрела на него в родах.


Я точно помню, что категорически не была готова смотреть, лежа там, в родблоке — так себя и успокаиваю, мол, сейчас-то легко говорить, а тогда мне было страшно, и я сделала лучшее, что могла сделать для себя.


Постепенно, через пару месяцев стало полегче. И плакала уже не так часто. Потихоньку раны зализались, боль стала не такой острой, но эта потеря будет со мной навсегда. Я просто учусь с ней жить. И радоваться. Время от времени и оплакивая.

Сейчас мы с мужем вовсю планируем новую беременность — верю, что моего ресурса и ресурса нашей семьи хватит на все. Стараюсь верить своему организму — в конце концов, я очень благодарна ему: в те самые сложные минуты, он сам за меня все решил, неизбежность прерывания была очевидной.

Интересное по теме

«За каждым запросом стоит чье-то горе»: как юристы помогают родителям, потерявшим ребенка во время беременности

Заканчивая свой рассказ, я хочу сказать и, возможно, даже обратиться к тем, кто меня прямо сейчас читает: позвольте обнять вас и разделить ваше горе. Это очень тяжело. Просто поплачьте. Вспомните о ваших самых родных людях, которые за вас переживают. Не бойтесь попросить помощи и поддержки. Через какое-то время, потихонечку, станет чуть легче.

Не пропустите самое интересное
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости
Спасибо, мы будем держать вас в курсе