Живот с обложки: как беременное тело стало объектом массовой культуры

В последнее время мне все чаще попадаются на глаза тексты, которые так или иначе затрагивают тему беременности в публичном поле и указывают на тот факт, что современные знаменитости — сознательно или под гипнотизирующим влиянием масс-медиа — превратили этот процесс в явление поп-культуры, а свои растущие животы — в акции на бирже популярности. И все это весьма нездорово. Но почему?

Фото: Demi Moore for Vanity Fair’s, August 1991 cover. Photography by Annie Leibovitz

Беременность стала частью жизни, которую необязательно скрывать, совсем недавно. В XIX веке говорить о беременности в приличном обществе было непозволительно, более того, эта тема не поднималась даже в семейной обстановке — матери не говорили с дочерьми о вынашивании и рождении детей.

Более того, тенденция скрывать беременность довольно долго сохранялась и в XX веке: в тех же США до конца 1960-х годов беременным женщинам, например, невозможно было заниматься преподавательской деятельностью — как только живот становился заметен, примерно за пять месяцев до родов, их отправляли в неоплачиваемый декретный отпуск, а на их место приглашали других учителей.


И такие общественные нормы действовали довольно долго, распространяясь в том числе на знаменитостей — даже Мадонна, которая на протяжении всей своей карьеры успешно и регулярно демонстрировала публике свое тело, скрывала первую беременность от посторонних глаз.


Догадываетесь, когда произошла революция? В 1991 году, когда Vanity Fair вышел с обложкой, на которой голая и беременная второй дочерью Деми Мур гордо позировала, обнимая свой живот. Некоторые магазины отказались продавать этот выпуск, другие поместили его в непрозрачные пакеты — в такие же, в каких продавали эротические журналы.

Комментируя выход скандального номера, собеседница Los Angeles Times, обычная обывательница, посетительница сетевого маркета, сказала буквально следующее: «Это безвкусица. Почему кто-то решил выставить на всеобщее обозрение свой раздувшийся живот и почему люди вообще должны на него смотреть?»

Тем не менее, мнение критиков было заглушено восторгом и восхищением смелостью актрисы и редакции. «Мне нравится быть беременной, я чувствую себя красивой и сексуальной», — так описывала свое состояние Деми Мур. Бивис, она сказала «сексуальной»! Это было крайне смело.

Но Мур проложила своим животом дорогу, по которой следом за ней отправились очень многие ее коллеги — беременность стала выходить из тени, превращаться в событие, открытое для посторонних глаз. Кортни Кокс, Дениз Ричардс, Брук Шилдс, Гвинет Пэлтроу и другие звезды оказались в авангарде новой тенденции.

Беременность оказалась возможностью поднять рейтинги, попасть на обложку, увеличить тиражи — взаимовыгодное сотрудничество, выгодная сделка, маркетинговый ход.

Не скрывать беременность в начале 2000-х годов оказалось не только полезным, но и приятным занятием — появились классные вещи для беременных (прощайте, распашонки принцессы Дианы!), которые знаменитости с удовольствием демонстрировали на мероприятиях, фотографируясь с обязательно сложенной чашечкой рукой под животом: «Я не толстая, я беременная!»

Социальные сети пустили в этот шикарный мир и простых женщин — и вот появились беременные фотосессии (представляете себе советскую беременную женщину в пеньюаре, обнимающую свой живот? Наверняка в семейном архиве ваших родителей таких фотографий нет), приложения для обработки фотографий, позволяющие красивым шрифтом указывать гестационный срок, пол и примерный размер плода. Быть миленькой во время беременности стало всеобщей идеей, культом и большим обманом — за кадром часто оставались отеки, изжога, бессонница, токсикоз. Вот почему нынешние честные фотографии о беременности и родах вызывают бурное обсуждение в социальных медиа — свершенная Мур революция обернулась гламуризацией беременности, которая на деле не всегда оказывается положительным мероприятием в рюшечках, как многие думают.

Образ миленькой беременной привел к тому, что те же знаменитости попали в западню: не дай бог во время беременности набрать «лишний вес» (что, вообще-то, физиологично, привет), позволить себе выйти в люди с опухшими ногами, надеть короткие шорты или «не соответствующее» положению платье. Главной жертвой подобных нападок, конечно, стала звезда реалити-шоу Ким Кардашьян: ее ступни, едва влезшие в босоножки, обсуждали все издания о жизни звезд, ее фотографию в черно-белом платье соединили со снимком орки, этот же кадр поставили на обложку журнала Star с заголовком: «Набрала 30 килограммов!»

Да, конечно, это рейтинги и тиражи, а еще это живая беременная женщина, даже если всем кажется, что она продала душу дьяволу и знала на что шла, окунаясь с головой в мир шоу-бизнеса.

Просто, блин, а что тогда должна думать о себе самая простая беременная женщина, которая поправилась на 35 килограммов, не может смириться с растяжками, плохо себя чувствует и видела в гробу все эти милые платья и фотосессии? Ей-то куда от всего этого деваться, если даже известным женщинам не позволяют быть такими беременными, какими они оказались — мы не выбираем покрыться пигментными пятнами, не иметь возможности подобрать нормальный лифчик, выспаться и просто нормально поесть? Мы выбираем стать матерями и не стыдиться того, что наша беременность может оказаться не такой, как у Жизель Бюндхен.

И тем не менее, массовая культура беременности, хотим мы того или нет, обращаем на это внимание или нет, построена на заострении внимания на физических изменениях, сопровождающих вынашивание ребенка и постнатальный период. Все эти заголовки: «Ирина Шейк показала фигуру после родов», «Поклонники заподозрили Ксению Собчак во второй беременности из-за округлившегося живота» (такие же выводы эти самые мифические поклонники постоянно делают о Дженнифер Энистон и матери троих детей Дженнифер Гарнер, которые имели наглость съесть бургер!), «Анна Калашникова слишком худая для беременной женщины», «Беременная Бейонсе стала символом боди-позитива для будущих мам» и так далее сосредотачиваются на том, с чего давно пора сместить фокус.

Голая Деми Мур не за то боролась.

Лайфхаки Отрывок романа «Матильде» чилийской писательницы Каролы Мартинес Арройо
Издательство «Самокат» выпустило дебютный роман чилийской писательницы Каролы Мартинес Арройо. В нем через переживания ребенка показывается период военной дикта...