Редакция
27 September 2021

Что не так с термином «работающая мать»

Пандемия Covid-19 и карантин принесли невиданные плоды. Мы все побывали домохозяйками и домохозяевами (что вызвало у мужчин немалый шок). Оказывается, работа по дому — это трудно. Ее много, она бесконечна, за нее не платят! Дети, оказывается, это не милые ангелочки, а серьезный отвлекающий от работы фактор. Трудиться удаленно из дома — это нелегко.
Из собрания Третьяковской галереи | Коллаж Настасьи Железняк
Из собрания Третьяковской галереи | Коллаж Настасьи Железняк

На фоне всеобщего прозрения зазвучали голоса, призывающие упразднить термин «работающая мама», потому что мама трудится по дефолту. Две успешных американских родительницы, Кэтрин Голдштейн и Джо Пьяцца, написали для Romper колонку о том, почему искусственное разделение матерей на домохозяек и работающих мам — это тупик. Мы ее перевели.

Материнство (и вообще любое родительство) — это работа. Если кто-то и был не в курсе этого факта до пандемии, то 18 месяцев наблюдения за тем, как матери чуть ли не тонут под грузом забот, который на себя взяли, должны были переменить точку зрения.

Этот культурный сдвиг — одна из причин, по которой сейчас — самый подходящий момент, чтобы исключить термин «работающая мать» из нашего лексикона. Это не только языковой штамп, определение стало избыточным, потому что противопоставление «работы» и «сидения дома» не соответствует современным культурным и экономическим реалиям.


Вплоть до 2020-го мы обе использовали термин «работающая мать», чтобы разграничить интересы и амбиции матерей как работниц и матерей как воспитательниц.


Мы обе получаем зарплату, и понимаем, что наше общество практически ничего не делает для реальной поддержки людей, осуществляющих уход за детьми. Ирония заключается в том, что потребовалась глобальная пандемия, чтобы мы обе осознали, что мы поддерживали систему, которая вредит всем женщинам.

Интересное по теме

Как нас изменил 2020 год? 9 тенденций в мире родительства

Сама идея «неработающей женщины» довольно нова. «Исторически женщины не рассматривались как экономические иждивенцы, — говорит Стефани Кунц, директриса по исследованиям и общественному образованию „Совета по современным семьям“. — Выйти замуж и завести домашнее хозяйство для женщины было все равно, что начать бизнес, в котором „домохозяйка“ была как бы соучредительницей для своей семьи. Только в середине XIX века прилагательное „работающая“ стало применяться к некоторым матерям. Сразу стало подразумеваться, что единственная работа, которая имеет значение, выполняется вне дома и за заработную плату».

Первые упоминания термина «работающая мать» появились в середине XIX века, но идея, как мы ее понимаем сейчас, вошла в моду только в 1970-х и 1980-х годах, когда многие белые женщины с высшим образованием вернулись на работу вскоре после рождения своих детей. Несмотря на то, что у женщин из семей с низким доходом часто не было иного выбора, кроме как зарабатывать, средства массовой информации изо всех сил старались осветить эту тенденцию как новую.


После Второй мировой войны сложился и некоторое время успешно существовал идеал, согласно которому место матери было дома, а настоящая «работа» выполняется мужчинами-кормильцами.


Когда сейчас говорят о «работающих матерях», обсуждение, по большей части, сосредоточено на потребностях и опыте белых женщин среднего класса с профессиональными амбициями. Из дискуссии в значительной степени исключены матери-иммигрантки, матери с небелым цветом кожи и матери из низших экономических классов, которые веками работали за плату в потогонных цехах, в качестве домашней прислуги и в небольших семейных предприятиях, а еще — воспитывали детей.

«Когда пресса начала писать о том, что все больше и больше матерей работают, они не знали, как различать группы, поэтому они создали разделение между «работающей» матерью и «домохозяйкой», — говорит Стефани Кунц (ее книга «К лучшему и к худшему: проблемное прошлое и неопределенное будущее брака и пола» сейчас готовится к печати).

По словам Кунц, противопоставление «сидящих дома» матерей и «работающих матерей» обесценивает обе группы. «Первый ярлык игнорирует экономическую ценность материнского ухода за детьми и домашнего производства, в то время как второй принижает работницу, поскольку предполагается, что ее личность как-то меняется от того факта, что она является матерью», — считает Кунц.


Эти термины также позволяют «работающим матерям», таким как мы, верить в капиталистические представления о том, что для того, чтобы работа имела ценность, к ней должны прилагаться деньги.


Мы хотели бы публично отказаться от этих ценностей. Мы понимаем, что наше чувство превосходства возникло из-за того, что мы купились на сексистские сказочки. Оплачиваемая работа — не единственный вид ценной работы, и ее отсутствие не делает кого-то «неработающей матерью».

Сейчас в мире на 4,5 миллиона трудоустроенных женщин меньше, чем в начале 2020 года. Миллионы матерей, столкнувшихся с невозможным выбором между семьей и карьерой, были вынуждены уйти с оплачиваемой работы. Но корни этой мрачной новой реальности уходят в нашу доковидную жизнь.

Согласно опросу, проведенному LinkedIn, до пандемии почти 50 процентов матерей в какой-то момент сделали длительный перерыв в карьере после отпуска по уходу за ребенком. Многие матери ищут внештатную работу, частичную занятость и гибкий рабочий график, в немалой степени из-за оголтелой предвзятости на рабочих местах, которая тормозит карьеру и препятствует нормальному заработку матерей в течение всей их жизни.

Интересное по теме

Между маленькими детьми и собственными больными родителями: колонка о сэндвич-поколении

Старые реалии противопоставляли работающих матерей домохозяйкам, а теперь, нам кажется, матери должны объединиться в своей борьбе против равнодушного правительства и сил капитализма, которые стремятся экономически маргинализировать всех нас.

Одним из способов улучшения положения всех мам, которые работают за плату, является пропаганда рабочих мест, которые будут более гостеприимны для всех, кто работает и, одновременно, осуществляет уход за кем-либо.


Можно начать с того, чтобы по умолчанию считать, что у каждого работника есть какие-то обязанности по уходу — за детьми, за пожилыми родителями, за другими родственниками.


Работодатель должен поддерживать сотрудников в выполнении этих обязанностей, а не наказывать за то, что у них есть жизнь вне офиса. Почему-то сейчас если сотрудник о ком-то заботится, его компетентность и приверженность интересам компании ставятся под сомнение. Так не должно быть.

Нам все еще важно иметь термин, который отражает опыт матерей, у которых есть какая-то оплачиваемая работа за пределами семьи. По-прежнему существуют уникальные проблемы, связанные с совмещением материнства и карьеры, такие как неравная оплата труда или дискриминация в связи с беременностью. Но использование термина «работающая», чтобы классифицировать мать, не делает чести никому из нас.

Чем мы можем заменить термин «работающая мать»? Материнская рабочая сила, мамы с зарплатой, трудоустроенные мамы? Или, может быть, нас стоит называть просто «мамы».

Интересное по теме

Дорогие работодатели! Давайте признаем, что родительство — это тоже труд

Вы нигде не встретите определения «работающий отец» или «работающая дочь, ухаживающая за престарелыми родителями», или «работающий дядя, присматривающий за племянниками по выходным», или «работающая сестра, у которой два сиблинга с ментальными проблемами».

Если не-мамы начнут более открыто заявлять о своих потребностях в заботе о ком-то, а работодатели начнут задумываться над поддержкой всех «осуществляющих уход», возможно, у нас будет меньше потребности в категориях, которые искусственно разделяют нас.

Не пропустите самое интересное
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости
Спасибо, мы будем держать вас в курсе