«Теоретически мы можем оказаться в „Рассказе служанки“»: к чему приведет запрет на аборты в США

В конце июня Верховный суд США отменил федеральное конституционное право на аборт во всех штатах. Теперь каждый штат принимает свое собственное законодательство относительно прерывания беременности: ожидается, что ограничения на аборт могут быть введены в 26 штатах. Решение суда заставило переживать сторонников прав женщин.

Кадр из сериала The Handmaid's Tale

В США против закона высказался сам президент Джо Байден и десятки лидеров мнений, Франция заявила о намерении узаконить аборты в Конституции, а в Израиле упростили процедуру проведения абортов.

Означает ли происходящее в США консервативный поворот? Почему в стране, давшей миру вторую волну феминизма, был принят такой закон? Что это может значить для всего мира? НЭН задал эти вопросы эксперткам в области гендерных исследований и социологии.

Елена Гапова, профессорка кафедры социологии Western Michigan University

В Штатах не принят закон о запрете абортов, как некоторые думают, а отменена федеральная поправка, которая делала право на него повсеместным (то есть обязательным для каждого штата) и конституционным. Но везде есть какие-то ограничения по срокам. Обоснованием этой поправки, которая действовала с 1973 года, является «право на свое тело». Выражаясь образно, тело «принадлежит» самому человеку, и государство не имеет право им распоряжаться.

Все эти десятилетия право это казалось установленным, но при этом в Штатах немало людей, которые считают, что «душа» появляется в момент зачатия, а потому выступают против аборта, любого, даже если беременность угрожает жизни матери или зачатие произошло в результате изнасилования. Некоторые выступают даже против контрацептивных таблеток.


Борьба между этими позициями идет с большей или меньшей интенсивностью и связана с политическими позициями (либеральной или консервативной) и взглядами на роль женщин.


Как произошла отмена поправки технически. Решение это (оно касалось конкретного судебного дела в одном из штатов) принималось в Верховном суде. В него входят девять человек, и позиция судьи практически пожизненная, поэтому очень важно, какой политической ориентации будет каждый новый назначенец. Судей назначает президент, но они проходят утверждение в Конгрессе, конечно. Трамп за свой срок назначил двух консервативных судей, а за два месяца до того, как он покинул президентское кресло, умерла очень известная судья — Рут Гинзбург, авторка множества либеральных решений, касающихся гендерного равенства.

Общественность просила Трампа не назначать нового судью за оставшееся время, но тем не менее он выдвинул на этот пост Эми Барретт. Она была известна своими консервативными взглядами, но прошла утверждение в Конгрессе и вошла в состав Суда. Тогда стало понятно, что баланс сил перевешивает в пользу консерваторов: в составе Верховного суда оказалось шесть консервативных и трое либеральных судей.


Несмотря на принятое Верховным судом решение, 61 процент американцев выступают против ограничения права на аборт.


Во многих штатах уже сформировались группы граждан, которые собирают подписи, чтобы этот вопрос был поставлен на голосование во время промежуточных выборов в ноябре. Ну вот вы приходите на местный фермерский рынок или уличный праздник, а там волонтеры с планшетами обращаются к посетителям, готовы ли они поставить подпись за включение этого вопроса в повестку. В Мичигане, где я живу, губернатор — женщина и демократка, она очень много сделала во время эпидемии ковида, чтобы помочь потерявшим работу. И она поддерживает право на аборт.

По статистике, за год в Америке делается 630 тысяч абортов — это по данным CDC (государственное агентство по контролю за заболеваниями), по данным другой службы — 930 тысяч, то есть 14,4 случая прерывания нежелательной беременности на тысячу женщин репродуктивного возраста (с 15 до 44 лет). Для сравнения: в России — 19 на тысячу.

Надо учесть, что в школах США есть сексуальное образование, подростков учат ответственно относиться к своей сексуальности. В университетских клиниках есть соответствующие врачи, а если это небольшой колледж — какие-то медицинские службы, и их сотрудники полагают, что одна из их задач — помогать молодым женщинам правильно пользоваться средствами контрацепции.

Анна Кулешова, социологиня, соавторка книги «Родительство 2.0»

В первую очередь обращает на себя внимание нелогичность и несвоевременность данного решения. Аборты сегодня не являются основным средством предотвращения нежелательной беременности, появилось много разнообразных средств контрацепции. Количество абортов сокращается по всему миру, и США здесь не исключение.

Чаще всего прерывают беременности женщины с низким уровнем сексуальной грамотности, с низкой социальной защищенностью, не имеющие возможности купить контрацептивы, разорвавшие отношения с постоянным партнером (что в ряде случаев может рассматриваться не только как личная трагедия, но и как потеря кормильца).

Получается, женщине, живущей в бедности, навязывается деторождение. Возможно, ей негде жить, а у нее еще и ребенок на руках будет.


Ну и самое главное — аборты в целом нельзя запретить, можно запретить только легальные аборты, а это означает развитие «серого» рынка услуг и удар по репродуктивному здоровью женщин, снижение шансов на последующие беременности и т. д.


Если бы власти действительно хотели предотвратить аборты, они занимались бы другими вещами. Например, ввели бы тотальное сексуальное просвещение (чтобы партнерши осознавали, например, рискогенность прерванных половых актов). Еще власти могли бы увеличили бы доступность контрацептивов — в идеале они должны быть бесплатными для людей с низким уровнем дохода.

Также можно сделать жизнь женщин с детьми более защищенной (с полноценным декретным отпуском, с нянями и помощниками, которых гарантирует государство), с финансовой помощью, которая по-настоящему защитит мать и ребенка в первые годы жизни малыша, даже если мама останется без работы и без помощи родственников.

Сейчас же в обсуждаемом решении видится скорее желание принудить женщину к рождению детей, ограничить ее права в отношении распоряжения своим телом, своей судьбой. Через такой запрет консерваторы демонстрируют свою власть и заодно лишний раз привлекают внимание к партии.

Стараниями экс-президента Трампа в Верховном суде преобладает консервативный состав. И вот суду представился случай создать новый прецедент и продвинуть свои консервативные ценности. Но чтобы понять, как этот закон отразится на жизни общества, нужно смотреть не на декларативные заявления, а на реальные практики, которые сложатся в тех или иных штатах через некоторое время.


Если под давлением религиозной части населения и консервативных политических групп аборты запретят в большом количестве штатов (удивительно, что речь в публичных дискуссиях идет об абортах вообще, не дифференцируются аборты на ранних и поздних сроках), думаю, можно будет говорить о некотором откате в Средневековье.


Тогда возникнет вопрос, почему религиозное и консервативное мышление оказалось так сильно развито в Штатах, почему оно доминирует над светским и либеральным, допуская ущемление прав определенного круга лиц (обратите внимание, что вся дискуссия ведется по сути о том, уместно или неуместно поражать в правах женщин в интересах нерожденных детей).

Согласно статистике, среди мужчин в США запрет абортов поддерживает 49 процентов, 51 процент — не поддерживает. Среди женщин — 32 процента «за» и 67 процентов «против» запрета. Думаю, социологи сейчас постараются понять, почему половина американских мужчин считает, что аборты нужно запретить? Что на них оказало влияние? Почему они рассуждают именно в таком ключе?

Мы видим по данным исследования, что поддержка законодательно разрешенных абортов наиболее высока среди либералов (82 процента), людей без религиозных предпочтений (80 процентов), демократов (79 процентов), людей с ученой степенью (74 процента) и жителей Северо-Востока США (72 процента). Самый низкий показатель среди консерваторов (20 процентов), протестантов-евангелистов (28 процентов) и республиканцев (33 процента).

На мой взгляд, в сегодняшней ситуации данное решение Верховного суда могло оказаться не только приглашением к пересмотру устоявшихся норм, к публичной дискуссии и новым законам, но и удобным средством отвлечения внимания населения от актуальных проблем.

Ольга Шнырова, кандидатка исторических наук, директриса Ивановского центра гендерных исследований*

Решение Верховного суда — это результат общего антигендерного поворота. Процессы по усилению правых и традиционалистских тенденций уже более десяти лет наблюдаются практически во всех странах. Это подтверждают женские организации Венесуэлы, Эквадора, Бразилии, США и многих стран Европы.

Мы наблюдаем достаточно серьезное наступление на права женщин, в том числе в тех странах, где формировался феминизм: США — родина второй волны феминизма. Сейчас наступает время, когда феминизму нужно вспомнить о том, что нельзя почивать на лаврах.


Сейчас идет наступление на достижения феминизма, которые были получены женщинами в 60-е и 70-е годы.


Можно сказать, что это было самое свободное для женщин время. Именно тогда женщины и получили право распоряжаться своим телом — то есть право на аборт. Начиная с 2000-х эти гендерные свободы начинают ликвидировать. Сейчас мало звучит «gender mainstreaming» — интеграция гендерного равенства во все сферы жизни. Раньше любой закон рассматривали с точки зрения влияния на гендерное равенство, но последние десять лет об этом не вспоминают.

Мне кажется, эта тенденция началась 15–18 лет назад — тогда исследователи отмечали усиливающиеся консервативные тенденции, влияние церкви и развитие националистических настроений. Антигендерный поворот характерен тем, что глобально общество становится все менее светским.

Обратите внимание на то, что в 70-е годы женщины в Афганистане или Иране одевались по-европейски и не имели никаких ограничений в получении образования, допуску к профессиональной деятельности и путешествиям. Сейчас их заставляют носить хиджабы. В Афганистане с приходом к власти талибов они полностью перестали быть самостоятельными личностями. Даже в нашей стране в республиках Северного Кавказа существуют похищения невест, убийства чести и это также связано с усилением традиционализма.Наступление на репродуктивные права женщин — только одно из проявлений антигендерного поворота.

Эти тенденции развиваются в том числе в ответ на усиление феминистской позиции в мире. Вслед за волной подъема феминистского движения, как только феминистки успокаиваются и перестают активно бороться за свои права, поднимается волна консервативных сил, которые стремятся этот подъем нивелировать. И такая смена волн происходит постоянно.

Власти и консервативные силы все время пробуют общество на прочность. Если реакция решительная, то они отступают, если общество это приняло, то они будут двигаться дальше. Так можно дойти и до сериала «Рассказа служанки» по роману известной феминистской писательницы Маргарет Этвуд. Это антиутопия, но теоретически мы можем и там оказаться.

* — Ивановский центр гендерных исследований внесен Минюстом РФ в «реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента».

Понравился материал?

Поддержите редакцию!