Редакция
4 April 2021

Мужчины у пивного ларька и фемина совьетика: о чем писали подпольные феминистские журналы СССР

В наших публикациях мы часто пишем о борьбе женщин за свои права, дискриминации матерей на работе, несправедливом распределении домашних обязанностей между партнерами и еще о сотне других проблем, с которыми, к сожалению, женщины все еще продолжают сталкиваться изо дня в день.
Поэтому нам захотелось узнать, в какой момент эта повестка впервые появилась в феминистких изданиях, выходивших на территории нашей страны, и сильно ли она отличалась от современной.

Чтобы разобраться в этом вопросе, мы изучили первые феминистские альманахи, вышедшие в 1979 и 1980 году в самиздате — сборник «Женщина и Россия» (этот журнал, кстати, недавно был переиздан в книги с комментариями современных исследовательниц и феминисток) и «Мария». Что это были за журналы и о чем писали их авторки — в нашем новом обзоре.

Как появился диссидентский феминизм

Ленинградский диссидентский феминизм появился в 1970-е годы. Об этом явлении до сих пор ведется много споров. С одной стороны, СССР усиленно провозглашал себя страной победившего равноправия — но как было устроено это равноправие на самом деле?

Женщинам приходилось работать и на работе, и во вторую смену — дома. К ним ужасно относились в роддомах, как будто становление матерью было не под стать образцово-показательной женщине-товарищу. Мужчины во многом были в стороне от семейных дел.


Но почему-то никто не замечал этой грандиозной лживости советского «равноправия полов» до конца 1970-х годов.


Считается, что свою роль в формировании феминисткого движения того времени сыграло и то, какое положение женщины занимали в самом диссидентском движении: часто им на откуп отдавали всю техническую часть работы (перепечатывание и переплет самиздатских журналов), а к публикации собственных текстов допускались лишь те из них, кто обладал «мужским умом» или те, кто писали «мужские стихи» (такие характеристики в ту пору звучали как наивысшая похвала). О мизогинии диссидентского движения вообще было сказано уже довольно много.

В 1979 году появился первый альманах «Женщина и Россия» — его издавали художница и поэтесса Татьяна Мамонова, писательница Наталия Малаховская и философиня Татьяна Горичева. Темы, которые в нем освещались: тяжелое положение женщин, несправедливое распределение домашних обязанностей, ужасное отношение к женщинам в роддомах, пытки женщин в тюрьмах.

Альманах вызвал резкую реакцию со стороны властей, его создательницы подверглись преследованиям. В целях конспирации издание было переименовано, но в самой группе возникли разногласия. Мамонова продолжила выпускать свой альманах, назвав его «Россиянка», а Горичева и Малаховская взялись за издание сборника под названием «Мария». Как писала сама Малаховская в предисловии к первому номеру этого издания: «В России много женских имен, и женщин в России больше, чем работников КГБ» (намекая на то, что журнал будет постоянно менять свое название, если это будет необходимо для конспирации).

Осенью 1979 года к редакции журнала «Мария» присоединилась активистка Юлия Вознесенская (ее уже несколько раз преследовали за участие в акциях, и она уже отсидела к тому моменту один срок в тюрьме). У нее на квартире в 1980 году был изъят первый номер готовящегося к выходу альманаха. После преследований со стороны властей в июле 1980 года Вознесенcкой, Мамоновой, Малаховской и Горичевой предложили в срочном порядке покинуть СССР.


Юлии Вознесенской угрожали тем, что ее сына отправят служить в Афганистан, а Татьяне Мамоновой — лишением родительских прав.


Подробная история альманахов «Женщина и Россия» и «Мария» еще не написана: как сказал исследователь феминизма Дмитрий Козлов во время лекции о советском феминизме в Государственной публичной исторической библиотеке России, большинство участниц этого литературного процесса еще живы, у каждой своя точка зрения, и из-за накопившихся за 40 лет конфликтов трудно установить правду (а документы из архивов, которые могли бы в некоторых случаях помочь разобраться во всем подробнее, пока не раскрыты для историков).

Из-за чего произошли разногласия в диссидентском феминистском движении?

Феминистки в своих текстах указывали на проблему тяжелого положения женщин в СССР, но несколько по-разному видели сам источник этой проблемы. Для Мамоновой он был в несовершенстве патриархального устройства (который универсален везде).

Для Горичевой и Вознесенской проблема была в несовершенстве строя СССР, который лишал женщину женского начала, мужчину — мужского начала, а человека — человеческого, и спасением от этого должна была стать… вера в Бога. Стать верующим, обрести себя в полной мере, освободить себя от всего, что тебя угнетает и помочь другим вернуться к себе — вот что должно было, по их мнению, спасти ситуацию, и помочь побороть уродства советского безбожного строя.

Кому-то на Западе этот взгляд поначалу показался интересным, экзотическим, но постепенно к такой трактовке возникло все больше и больше вопросов. Для «традиционного» феминизма религия — механизм угнетения женщин, поэтому важно помнить об этом, читая феминистские тексты того времени.

Основные темы альманахов «Женщина и Россия» и «Мария»

Крайняя невовлеченность мужчин в семейную жизнь

В статье «Материнская семья» Наталья Малаховская говорит о тяжелом положении женщины в обществе. Начинает она при этом с ясного противопоставления — с того, что в наши дни есть два варианта мужского существования:

1. После работы мужчины напивается и заваливается спать или учиняет скандал.

2. После работы мужчина разваливается на диване с газетой или усаживается перед телевизором. Может быть и идеальный вариант, когда после работы мужчина занимается любимым делом: хобби или творчеством.

Мужчина настолько не участвует в жизни семьи, что в итоге возникает «материнская семья», в которой мужчина самоудаляется, теряет право воспитывать детей, право на их любовь. Мужчина перестает быть отцом детей, оставаясь лишь их производителем.

Ужасное отношение к женщинам в роддомах

«Ребенку, уколовшему палец, больше сочувствуют, чем женщине, умирающей от боли в родовых муках. Нигде не встретишь такого глумления над человеческой личностью, как в родильном доме — даже самом лучшем», — пишет Малаховская.

На роженицу смотрят с брезгливым презрением. Запрет на допуск родственников в роддом, на саму процедуру родов приводит к тому, что мужчина не имеет никакого представления о том, через что проходит женщина и уже через неделю после родов требует от нее подавать ему на стол первое, второе и третье.

Женский невидимый труд добытчицы продуктов

Из-за проблем со снабжением и отсутствием во многих домах холодильников, женщинам приходилось огромное количество времени проводить в очередях за продуктами для семьи. Мужчин в продуктовых очередях крайне мало — потому что большинство из них, как пишет Малаховская, уже стоят в очереди за пивом.

Детские дошкольные учреждения не облегчают жизнь матери

По словам Малаховской, ясли и детские сады — это советская утопия, оказавшаяся на деле антиутопией: отдавая в эти учреждения здоровых детей, женщины постоянно вынуждены брать больничный, чтобы сидеть с ребенком дома. А когда женщина берет больничный лист, на нее начинают косо смотреть на работе. Ее саму же еще и обвиняют в том, что ее ребенок болеет.

Женщина приносит в жертву семье свой творческий потенциал

По мнению Малаховской, семья строится на костях женщины. Семья ломает в женщины творца. Мужчина вначале не даст женщине стать Моцартом, а потом скажет ей: «Среди вас, женщин, Моцартов нет».

Невозможность обретения пола в СССР

Татьяна Горичева в статье «Ведьмы в космосе» пишет о том, что и женщины в СССР, а вместе с ними и мужчины, как бы потеряли пол и стали в итоге «обществом гермафродитов»: советский человек — «невротик и вечный эмбрион, он так и не дорастает до собственной зрелости, так и не обретает пол».

А вечно пассивная позиция женщины в патриархальном обществе, о которой писала Симона де Бовуар, Горичевой переносится и на мужчину: получается, что экзистенциальный паралич — это нормальное состояние среднего советского человека, потому что люди оказываются полностью ограничены в своих действиях и демотивированы. Подобную позицию и негативную стигматизацию гермафродитов часто критикуют, а саму Горичеву из-за этого называют «квазифеминисткой».

Фемина Совьетика

Отдельное внимание Горичева обращает на типологию «фемина совьетика» — женщина-судья, женщина-надзирательница, жесткая и фанатичная. Слепо исполняющая чужую волю и беззастенчиво попирающая права тех, кто слабее. Единственная возможность проявить активность в обществе всеобщих табу для нее — это навязать демоническую волю своим жертвам, тем, кто оказался слабее — детям и женщинам (невольно вспоминаются и некоторые современные политикессы).

Положение женщин в тюрьме

В альманахе «Женщина и Россия» вышло страшное письмо Юлии Вознесенской из Новосибирской колонии. Она рассказывала о том, как женщин водили строем в маленьких душевые кабины, включали им то кипяток, то ледяную воду, как за ними абсолютно бесцеремонно подглядывали мужчины, работающие в колонии.

Вознесенская говорит о ночных пытках: женщин ночью обливали из шланга, а когда одна девушка в боксе потеряла сознание и другие звали на помощь, дежурная ответила: «Когда ноги протянет, тогда откроем» (очень сильно что-то напоминает, правда?).

Оправдание женщинами насилия со стороны мужчины, в особенности к своим же детям

В статье «Хозяин семьи» Айяа Лаува описывает реальные случаи, во время которых женщины, сами подвергшиеся насилию со стороны мужей или ставшие свидетелями насилия по отношению к собственным детям, оправдывали мужчин во время суда: «Его посадят там, а мне что? Одной быть, без мужика? А Надьку кормить кто будет? Ничего, на суде постращали, так с ножом больше не полезет. А так побьет — ничего, морда не отвалится. Зато — мужик в доме», — говорит одна из героинь.

В другой истории приводятся слова матери, которая не препятствовала растлению своей малолетней дочери отцом: «Знала, ну и что? Дите, конечно, жалко. А что я могла сделать? Не оставлять же ребенка без отца?»

Здесь и нежелание назвать насилие насилием, и бесчувственность, вызванная тяжелыми условиями жизни, и боязнь потерять добытчика и остаться без мужа.

Невозможности мужчин реализовать себя в СССР

В статье «Слабый пол? Да, мужчины» критикуется закрытая система СССР и говорится, что именно соцстрой превращает мужчину в раба «пивного ларька», в человека, которому негде себя проявить.

Практически ни одной мечте не будет суждено сбыться: мужчина не может отправиться в дальнее путешествие (границы закрыты), в науке не сможет свободно выбрать предмет исследования (все нужно будет согласовывать с партией) и т.д. Сам по себе мужчина не может ничего решить: а если он возьмется бороться с несправедливостью, то «поедет дальше Тура Хейердала, только в другую сторону».

О чем собирался писать альманах «Мария» впоследствии

В заключительной части альманаха «Мария» редакторки обращались к своим читательницам за помощью и призывали их присоединились к выпуску журнала. Вот список тем, которые «Мария» собиралась осветить в будущем:

1. Проблема голода.

2. Проблема пьянства: здесь редакторки особенно призывали к сотрудничеству женщин, работающих на ликеро-водочных предприятиях,

3. Женщина и право: в этом блоке собирались проработать правовую защиту женщин от унижений в семье и дискриминации матерей на работе.

4. Вопрос женской безработицы (напоминаем, что официально безработицы в СССР не было).

5. Положение женщин в среднеазиатских республиках — что думают о насильственной эмансипации женщин Востока жительницы исламских республик? Выбрали бы они путь естественной постепенной эволюции за счет роста образования и культуры или же освобождение «по-советски»?

6. Женщины и профсоюзы.

7. Женщины и религиозный путь.

Эпилог

Кажется, что через сорок лет после издания альманахов «Женщина и Россия» и «Мария» в России что-то все-таки изменилось. Холодильники появились практически в каждом доме, снабжение наладилось и хотя бы вечное стояние в очереди за продуктами больше не лежит тяжелым грузом на женщинах (хотя по-прежнему в основном именно женщины занимаются составлением меню на неделю и покупкой или заказом продуктов для семьи). Границы открылись, и путешествия стали возможны (оставим пандемию за скобками). Возможностей для самореализации как женщин, так и мужчин, стало больше.

Но многое осталось прежним. Ужасные тюремные условия для женщин никуда не делись. Карательная гинекология по-прежнему существует. Положение женщин в мусульманских республиках не сильно улучшилось. Детские сады и ясли во многом так и остались антиутопией. Правовая база для защиты женщин и детей от домашнего насилия все еще разрабатывается (при этом регулярно кому-то из политиков приходит в голову идея «декриминализировать побои» или вывести аборты из системы ОМС).

Феминистки все еще подвергаются нападкам — теперь к травле добавились сетевые атаки, а вместо угроз отправки детей на войну в Афганистане активистки получают статус «иностранных агентов». Мужчины стали более вовлеченными в семейную жизнь, партнерские роды — теперь реальность во многих городах России, но в подавляющем большинстве семей распределение домашних обязанностей между партнерами все еще никак нельзя назвать справедливым.

Хочется надеяться на то, что еще через сорок лет мы сможем подвести другие, более жизнеутверждающие итоги. Во всяком случае, это мотивирует нас на нашу работу. А вы как думаете, что в положении женщин в России изменится через 40 лет, а что останется прежним?

Ещё почитать по теме

От двух до шести лет за детский спектакль: за что судят Юлию Цветкову


Травля и одиночество: о судьбе Варвары Кашеваровой-Рудневой, первой женщины-гинеколога в России


7 советских фильмов о родительстве, которые вы, возможно, не видели

/

/

Не пропустите самое интересное
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости
Спасибо, мы будем держать вас в курсе