«Не будет по-твоему»: как давление свекрови может подорвать уверенность молодой мамы в себе

Крепкая заявка на звание самой странной свекрови.

Фото: Bricolage | Shutterstock | Fotodom

К нам в редакцию написала женщина, чья свекровь после рождения внучки решила, что с ребенком что-то не так, и стала убеждать сына обратиться к врачам и не слушать жену. После этого героиня начала сомневаться в себе как в матери, хотя обследования показали, что с дочерью все в порядке. 

Читательница рассказала, что давление со стороны близких повлияло на нее и что даже спустя много лет эта история отзывается болью.

«Многие женщины на страницах НЭН рассказывают истории про своих свекровей, и я решила поделиться своей. После того, что случилось у нас, даже муж признал: у меня есть все шансы победить в конкурсе на самую „звезданутую“ свекровь.

Первые годы брака она казалась очень доброжелательной и участливой женщиной. Перелом произошел из-за совершенно, казалось бы, бытовой истории.

По просьбе родителей муж отказался от своей доли в квартире, которую всей семье подарила бабушка. Они обещали вернуть стоимость доли деньгами после продажи. 

Мы с мужем как раз собирались решать жилищный вопрос, нашли подходящий дом и обратились к свекрам. Те уже продали квартиру, но отдавать мужу деньги за его долю отказались. Муж был в бешенстве. Примерно через год мы все равно смогли купить дом: у меня были накопления, и мои родители помогли.

Но после этой истории свекровь перестала со мной разговаривать. Позже мы узнали почему: она решила, что это я заставила его требовать деньги. 

Внешне все выглядело нормально, я иногда приходила к ним в гости. Но свекровь, даже сидя рядом, делала вид, что меня не существует, демонстративно выходила из кухни, стоило мне туда зайти — в общем, всем своим поведением показывала, что мне там не рады. Свекры перестали общаться с моими родителями.

«Когда я забеременела, свекровь неожиданно стала возвращаться в мою жизнь»

Я несколько раз пыталась поговорить со свекровью — спрашивала, что происходит и как мы можем это исправить. Она отмахивалась: мол, ничего особенного не происходит. Так продолжалось лет пять. А потом я забеременела.

До этого у нас с мужем были две перинатальные потери на большом сроке — эта беременность казалась настоящим чудом. Мы были невероятно счастливы.

Именно тогда свекровь неожиданно начала возвращаться в мою жизнь. Она интересовалась беременностью, давала советы, пыталась наладить общение. Я поддерживала вежливый контакт, но близко ее не подпускала: после такого долгого молчания ее внезапная забота скорее настораживала.

За несколько дней до рождения дочери мы получили ключи от долгожданной квартиры, которую взяли в ипотеку. Свекровь предложила, чтобы мы после роддома переехали к ним: она бы помогала мне с ребенком, а свекр — с ремонтом в нашей квартире. Я отказалась: мне было спокойнее и удобнее оставаться в собственном доме, пусть даже еще не до конца обустроенном.

Свекровь очень обиделась. В итоге из роддома нас никто не встречал, с ремонтом и переездом никто не помогал. Познакомиться с внучкой свекры приехали только через полгода. 

Встреча продолжалась около получаса и в целом прошла нормально, если не считать нескольких странных моментов. Например, свекровь несколько раз тыкала жирафом в лицо внучке, хотя девочке это явно не нравилось. Я на это ничего не сказала — как будто была в ступоре. Были и неприятные сравнения по типу: «Мои дети в этом возрасте уже знали таблицу умножения, а она все еще не умеет сидеть». Но я не придала этому особого значения.

«Вашу дочь нужно спасать!»

А через двадцать минут после их ухода началась телефонная атака.

Свекровь позвонила мужу и стала кричать, что внучка не устанавливала с ней зрительный контакт, а значит, с ней что-то не так — ее нужно спасать! И если муж хочет, чтобы его дочь была здорова, ему нужно перестать слушать меня и срочно везти ребенка к ней на массаж. 

Свекровь ссылалась на свой медицинский опыт: около четверти века назад она работала медсестрой. Перед нашим визитом, по ее словам, она специально читала медицинские справочники.

Муж попытался ее успокоить, потом просил оставить нас в покое, наконец — кричал сам. 

Следом стали звонить свекр и сестра мужа. Они убеждали его послушать мать: «Она опытная», «Она хочет как лучше», «Ради здоровья ребенка нужно дать ей помочь». Свекр сказал, что вроде бы все понимает, но не хочет перечить жене — ему же потом будет хуже. Потом снова звонила свекровь. Я сидела рядом, меня трясло.

Во время очередного звонка я выхватила у мужа телефон и сама спросила свекровь, почему она не сказала все это мне во время встречи, почему не позвонила мне. Я заявила, что вопросы здоровья своего ребенка буду решать сама. 

И почему-то добавила, что вообще-то с радостью возила бы дочь к ней на массаж.

«Не будет по-твоему», — ответила свекровь и повесила трубку.

Телефонные звонки продолжались еще несколько дней. Мы срочно пошли в платную клинику к педиатру, неврологу и другим специалистам, сделали УЗИ головного мозга. Обследования показали, что с ребенком все в порядке.

Но свекровь этим не удовлетворилась. Она предложила обратиться к «своему» неврологу, потому что специалисту, которого выбрали мы, она не доверяла.

Муж сказал родителям: если они действительно хотят нам помочь, пусть хотя бы компенсируют деньги, которые мы потратили на врачей и обследования из-за их паники. Они этого не сделали. Мы снова перестали общаться. 

«Самое страшное произошло с моей уверенностью в себе как в матери»

В следующий раз свекровь увидела внучку еще через полгода на свадьбе родственницы. При встрече она улыбалась и пыталась обнять меня, как будто ничего не произошло. Я отстранилась. Весь праздник она к внучке не подходила. Постепенно они опять начали пытаться возобновить общение. Иногда заезжали к нам на дачу, если им нужно было попасть на ферму по соседству. Но со мной практически не разговаривали. Как будто меня не существует.

Я очень тяжело все это переживала. Лишь значительно позже я поняла, что у меня тогда, вероятно, случались панические атаки: мне становилось плохо, когда они звонили мужу или когда я понимала, что свекровь может приехать. Я постоянно чувствовала вину за тот телефонный разговор. Мне казалось, что я должна была быть спокойнее, сдержаннее, не отвечать ей так резко. 

Но самое страшное произошло с моей уверенностью в себе как в матери. Я кормила дочь грудью и постоянно тревожилась: а вдруг я что-то делаю неправильно? А вдруг я действительно чего-то не замечаю? А вдруг свекровь увидела то, чего не смогла увидеть я? Я перечитала огромное количество информации про аутизм, пытаясь понять, могла ли она быть права. Хотя раньше даже не думала об этом.

Я работала с психологом. И сейчас, спустя пять лет, когда я рассказываю эту историю, у меня все внутри сжимается и болит — за себя ту, молодую мать, и за нашу семью в тот период. 

Наверное, поэтому мне хочется сделать эту историю видимой. Не столько ради того, чтобы рассказать о «плохой свекрови». И даже не ради того, чтобы получить подтверждение, что я была права.

Мне хочется, чтобы больше людей понимали, насколько уязвима женщина после родов. Особенно если до этого были потери, тревожная беременность, страх за ребенка. И насколько сильно на ее психику могут повлиять постоянное давление, сомнения в ее материнской компетентности и попытки решать за нее, как ей растить собственного ребенка — как будто у кого-то есть на это больше прав, чем у самой мамы. 

Я до сих пор жалею, что тогда не была к этому готова. Что не смогла сразу поставить жесткую границу. Что долго считала себя виноватой.

Может быть, если эта история выйдет наружу, она наконец перестанет жить внутри меня».

Клуб НЭН Родительство — не то, с чем справляются в одиночку Закрытое сообщество: чаты по возрасту детей, ответы проверенных экспертов, встречи и разборы. Модерация, за которой не нужно следить самому. Попробовать 7 дней бесплатно
Лайфхаки Детский день рождения: список того, чего точно не надо делать
Сколько гостей звать, как долго праздновать и почему ребенку не обязательно нужны аниматоры, сложное меню и идеальный декор.
Ликбез Мать-бунтарка: как принцесса Диана растила сыновей
31 августа 2026 года исполняется 29 лет со дня трагической гибели принцессы Дианы. Ее жизнь до сих пор вызывает интерес, но, пожалуй, особенно — ее отношения с...