Простите, но мы тоже собираем cookie, а еще данные об IP-адресах и местоположении. Без этого наш сайт не будет работать.
Продолжая пользоваться сайтом, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.

Время не лечит разбитое сердце матери

Колонка Юли Орловой.
31 августа 2022
Юлия Орлова
Фото: Adobe stock | Коллаж Настасьи Железняк
Фото: Adobe stock | Коллаж Настасьи Железняк

Этим летом на НЭН вышли истории пяти женщин с Кавказа, которые после развода были вынуждены бороться не только за право воспитывать своих детей, но и за право просто с ними общаться — хотя бы по телефону или по интернету. И борьба эта не всегда была успешной.

Нина ушла от мужа-насильника после того, как он избил ее во время беременности. Сначала он оставил троих детей с матерью, но через несколько лет стал настраивать их против Нины и даже похищать. Она вернула детей через суды. Бывший муж в розыске.

Интересное по теме

«Я ушла, когда поняла, что ему нравится меня избивать и это никогда не кончится». История Нины

Лина прошла через два развода, отвержение собственной семьи и психиатрическую больницу. Она построила свой бизнес и переселилась в Европу. Чтобы отбить дочку у родственников мужа, ей пришлось тайно приехать в квартиру, где они ее держали, устроить скандал, вызвать полицию. А старший сын так и остался в той семье.

Интересное по теме

«В одной палате оказались люди, которых к койкам привязывают, и я — женщина, которая просто не захотела жить с мужем»: история Лины

Жанетта, мама двоих мальчиков, после развода выиграла все возможные суды, даже ездила судиться в Грузию — туда бывший муж увез старшего сына. Но так и не смогла вернуть его. Теперь отец ребенка пытается отобрать у Жанетты и второго сына, наплевав на вступившие в силу решения судов.

Интересное по теме

«Самолет увидел твои голубые глазки — так мы узнали, где ты». История Жанетты, у которой бывший муж отобрал сына

Муж Хеды постоянно избивал ее, а в семье ее использовали как прислугу, помыкали ею и даже не дали восстановиться после вынужденного прерывания беременности. Когда Хеда ушла, у нее отобрали двоих сыновей. Чтобы видеться с ними, женщина приходила в детский сад и в школу, но со временем и это ей запретили. В суд Хеда пока не подала — надеется уладить все мирным путем.

Интересное по теме

«Если ты умрешь, мы будем говорить детям, что у них была хорошая мама». История Хеды

У Мадины отобрали четверых детей и пытались лишить ее родительских прав. Пятую девочку ей удалось сохранить у себя, потому что она родила ее уже после расставания с мужем. Сейчас все ее дети совершеннолетние, четверо с ней не общаются.

Интересное по теме

«Они закинули детей в квартиру и закрыли дверь перед моим носом». История Мадины, у которой муж отобрал четверых детей

Каждая женщина — это отдельная личность, все истории — разные. Можно много рассуждать об особенностях региона, обстоятельствах жизни каждой героини, силе ее характера, настойчивости и уровне юридической грамотности. Но сегодня я хотела бы написать о том, что не было высказано в опубликованных монологах.

Зачастую ребенок видит ругань и скандалы родителей, видит, как отец унижает и избивает мать. Даже если сам он не попадает под горячую руку (хотя и такое бывает), наблюдение этих сцен наносит ему большую рану — в психологии это называется травмой свидетеля.


Так, старший сын Нины до сих пор помнит, как отец избил его беременную маму десять лет назад.


Ранить и ломать ребенка отец продолжает, когда в угоду традиции, общественному мнению или из мести насильно отбирает его у матери. Мужчина может взять ребенка на время и потом не отдавать, увезти в другой дом или другую страну, просто вырвав его из рук матери, с которой ребенок не разлучался ни на день за всю свою трех-пяти-семилетнюю жизнь.

Кто-то может подумать, что отец забирает детей, чтобы заботиться о них лучше и больше, чем, по его представлениям, могла бы это делать мать? Нет, в этом отношении кавказские истории все на одно лицо: отец не занимается детьми, а традиционно бросает их на родственников или даже знакомых.

Если мать обращается в суд, начинаются заседания и психологические экспертизы. Маленькому человеку приходится решать, преодолевая жестокий внутренний конфликт,  — с кем он хочет остаться и почему. Он очень хочет к маме, но как быть, если папа говорит, что она плохая и бросила его, если его ругают, когда он отвечает на ее сообщения? Да и с папой тоже хочется побыть, это же папа…


В монологах женщины мало говорили о собственном горе, хотя оно так глубоко, что до дна не достать.


Мама не видит, как ребенок идет в школу, не имеет возможности радоваться его успехам и утешать при неудачах. Мама не наряжает девочку в красивое платьице на праздник и не наблюдает первую влюбленность. Иногда мама даже не может поздравить ребенка с днем рождения, потому что ее номер заблокирован.

Отобрав ребенка, отец и его родственники обычно начинают настраивать его против матери, и постепенно вред от зла становится непоправимым. Сначала ребенок говорит маме «уйди, я не хочу тебя видеть», потому что боится, что отец накажет его. Но если он будет повторять это раз за разом, если из года в год будет слышать, что мама плохая и бросила его, в какой-то момент он в это поверит. Процесс ускорится, если отец женится второй раз, и с мачехой ребенку повезет.

А мамы продолжают надеяться и бороться. Бороться сложно, но все же легче, чем признать, что собственный ребенок, может быть, больше тебя не любит. Воспитанная для роли жены и матери, женщина часто и не видит другого пути, не имеет сил создать себе новый смысл, который хоть частично мог бы заполнить пустоту. Только одна из пяти моих собеседниц снова вышла замуж.


Женщину гложут сомнения — а все ли я сделала, что могла? Может быть, тогда около дома или вот тогда в машине я могла физически отнять сына? Да, я ниже мужа на 30 сантиметров и вешу на 50 килограммов меньше, но все же…


Дети Мадины уже совершеннолетние. Их отобрали у нее почти 20 лет назад, но она все равно согласилась рассказать свою историю и уже после интервью, когда я задавала уточняющие вопросы, повторяла некоторые эпизоды по два, а то и по три раза. Это значит, что до сих пор болит.

Я бы хотела поговорить с кем-то из детей моих героинь, которые не общаются с мамами уже много лет. Я бы обязательно спросила: «Ты помнишь, когда ты разлюбил свою маму и начал ее забывать?» Но ответы я бы не показала моим собеседницам. Время не лечит разбитое сердце матери.

Понравился материал?

Поддержите редакцию!
Б&Р «Такая ситуация: беременность не развивается». Откровенный монолог читательницы НЭН
Репродуктивные трудности, с которыми семьи сталкиваются на этапе планирования беременности, — тема не самая популярная. А потому — окруженная мрачными домыслами...