«Думай о хорошем, и все наладится»: что такое токсичный позитив и почему он не помогает, а вредит

Позитив может стать токсичным в определенном контексте. Я выделила одиннадцать ситуаций, в которых настойчивые призывы к позитивности, скорее всего, причинят вред. По моему мнению, нам всем нужно проявлять повышенную осторожность и чуткость, когда дело касается описанных ниже случаев.

1. Бесплодие и выкидыш

У Энни было несколько выкидышей, и теперь она лечится от бесплодия. Она начала посещать меня после колледжа, а потом возобновила встречи, когда на сроке семь недель оборвалась ее первая беременность. В целом можно сказать, что жизнь Энни вполне хорошо устроена. Она жалуется, что всегда поступала правильно, но мир словно все равно наказывает ее.

«Я поступила в колледж и получила диплом. У меня никогда не было проблем с законом. Я не принимаю наркотики и прекратила пить алкоголь после первого выкидыша. У меня есть работа и заботливый муж. Чем же я заслужила это?»

Энни воспроизводит типичную риторику «справедливого мира». Это когнитивное искажение, логическая ошибка, согласно которой действия человека приводят к адекватным и справедливым последствиям. Вера в справедливый мир предполагает, что хорошие вещи случаются с хорошими людьми, а плохие — с плохими. Из-за такого представления о порядке вещей появляются иллюзия контроля над жизнью и объяснение даже необъяснимым событиям.

Энни пытается понять, почему такая трагедия может произойти с человеком, который этого не заслужил.

Она понимает, что окружающие желают помочь, но изза «позитивных» советов и слов утешения чувствует себя одинокой, непонятой и боится открываться. Энни хочет, чтобы люди знали: каждого из этих детей она считала предназначенным ей и отобранным у нее без спроса. Она не понимает, какому богу, независимо от религиозного течения, понадобилось испытывать ее веру, заставляя проходить через такое. Энни знает, что есть много способов построить семью, и рада за людей, выбравших другой путь. Она ни разу не отзывалась с пренебрежением о тех, кто усыновил ребенка или обратился к суррогатной матери, но сама Энни хочет испытать беременность. Ей нужен опыт, который есть у женщин из ее окружения. Она жаждет его получить, и у нее есть право оплакивать эту потерю, если (и когда) она нуждается в этом.

Мне точно известно, что Энни прибегала к позитивному мышлению, потому что это происходило прямо в моем кабинете. Она пыталась найти что-то хорошее в первых выкидышах, приемах у врача и последующих попытках зачатия. Она пыталась, потому что каждый врач говорил ей, что стресс и плохие мысли не дадут ей забеременеть. Она винила себя за то, что не сохраняла радостный настрой после очередного выкидыша, и клялась, что в следующий раз будет лучше управлять стрессом.

Энни так сильно старалась увидеть во всем светлую сторону, что просто надорвалась.

Мы говорили о том, что она хотела бы услышать от окружающих в период бесконечных хождений по врачам, курсов лечения и после очередной потери.

2. Горе и утрата

Семья Фернандес заходит в мой кабинет во вторник утром. Они попросили о срочной консультации: на выходных их 23-летний сын трагически погиб в аварии на лодке.

Каждый член семьи выражает горе по-своему. Сестра-подросток молча ерзает на стуле и тревожно озирается. Мать сидит тихо, уставившись в пол, а отец не может успокоиться и всхлипывает, закрыв лицо руками и вздрагивая всем телом. Младший брат пытается утешить отца, придвинувшись ближе и гладя его по спине. Им всем больно, и я сижу напротив них, наблюдая их горе. Никакое обучение и опыт не облегчат психотерапевту такие моменты.

Через несколько минут отец всхлипывает все реже, и я воспринимаю это как знак к началу сессии. Сперва спрашиваю их о самочувствии и даю каждому возможность выговориться и высказать переживания. Они задаются вопросами о смысле жизни, в отчаянии пытаются найти ответы и унять неописуемую боль. Мы обсуждаем, как они справляются с ней и какую поддержку могут получить от своего социального окружения. Сестра-подросток признается, что их семья никогда не была особенно верующей и лишь изредка ходила в местный храм по большим праздникам. Теперь они думают, не начать ли посещать службы регулярно. «Как считаете, это поможет?»

Конечно, от меня хотят, чтобы я дала им инструкцию по гореванию, но я прекрасно понимаю, что ее не существует.

Как психотерапевт, я не в силах предоставить им четкий пошаговый план. Мое дело — проверять их психологическое состояние, быть вместе с ними в этом опыте, создавать безопасное пространство для проживания и выражения эмоций. Но универсальных правил нет.

Как и Энни, он понимает, что люди говорят это из лучших побуждений, но не может примириться с мыслью, что гибель его сына — часть Божьего плана. Мать силится представить, где ее сыну может быть лучше, чем дома, в Майами, с семьей. Вместе они высказывают сомнения в том, что этот «урок», посланный им для духовного роста, стоит потери ребенка и вообще имеет смысл. Мы обсуждаем, как полезно для остальных детей видеть, что родители искренне проживают ситуацию и выражают чувства.

Я помогаю им осознать значение слова «сильный» и понять, как быть сильными перед лицом огромной, трагической потери. Мы приходим к тому, что эти слова, пусть и произнесенные с добрыми намерениями, спровоцировали у них вину за то, что они неправильно ведут себя в трауре. Они не находили ни единого повода увидеть нечто светлое в том, что их сын неожиданно погиб солнечным субботним днем.

Жалобы семьи Фернандес — далеко не единичный случай. Я слышала это несчетное количество раз от семей, проходящих через горевание и потерю.

Интересное по теме

«Мы всегда будем с тобой»: как правильно говорить с ребенком о смерти

3. Болезнь и инвалидность

По моему опыту, никого так не бомбардируют позитивным мышлением, как людей с хроническими болезнями, инвалидностью и физиологическими расстройствами. Я работаю с такими пациентами на протяжении всей терапевтической карьеры, но история Майкла навсегда врезалась в мою память. Майкл — трансгендерный мужчина, у него несколько ментальных и физических заболеваний.

Он страдает от необъяснимых симптомов с 12 лет, а значит, тысячу раз оказывался в ситуации, когда врачи, родственники, друзья и сверстники подвергали его газлайтингу и отвергали его переживания.

Интересное по теме

«Репрезентация важна»: женщины с ограниченными возможностями здоровья рассказали, как они справляются с материнством

Мы с Майклом встречаемся онлайн, потому что в периоды обострений ему сложно приезжать на личные консультации. На этот раз он лежит в кровати, и, кажется, наш разговор — единственное, на что у него сегодня хватит сил. Мы провели много сессий, прорабатывая его переживания после очередного приема у доктора, чувство изоляции из-за жизни с хроническим заболеванием и адаптацию к жизни в теле, которое медленно угасает.

Недавно, общаясь в онлайн-сообществе, посвященном альтернативной медицине, Майкл получил порцию грубейшей токсичной позитивности, и это его очень рассердило. Он знает, как меня возмущает это явление, и мы весело обсуждаем сказанные ему глупости и то, насколько они далеки от реальной поддержки. К тому времени Майкл тщательно проработал свою идентичность трансмужчины с хроническим заболеванием, и обычно его не задевают подобные высказывания, но он осознает, сколько вреда они бы принесли ему в самом начале пути.

Мы с Майклом обсуждаем, что свои возможности важно видеть и ценить, но такие дежурные утешения приносят только опустошенность, потому что игнорируют боль и утрату, связанную с хроническим заболеванием. Майкл объясняет, насколько опасно убеждать человека, что он поправится, просто потому, что кому-то другому стало легче, и я полностью согласна. Я убедилась в этом, работая с многочисленными хронически больными клиентами.

Давая медицинские советы и предлагая методы лечения, люди почти всегда хотят помочь, но это чревато риском для здоровья и ложными надеждами.

Самое частое ободрение — вторая фраза про хорошие мысли, и мы с Майклом смеемся, чтобы скрасить горькую иронию этого совета. Убежденные в силе положительных мыслей люди, как и Энни, демонстрируют когнитивное искажение — веру в справедливый мир. Они думают, что хороший настрой вознаграждается позитивными результатами, например гарантированным здоровьем. Кому, как не смешливому энергичному Майклу, лучше знать, что это неправда. Его прежняя бодрость и вкус к жизни понемногу тают именно потому, что его состояние постепенно ухудшается и мир движется вперед без него.

То, с чем Майкл столкнулся в онлайн-сообществе, — повседневная реальность для многих пациентов с хроническими болезнями или инвалидностью. К сожалению, акцент на позитивном мышлении в здравоохранении может привести к обвинению жертвы (виктимблеймингу) и насаждению стыда (шеймингу). Подразумевается, что пациенты, добросовестно работающие над своим настроем и мыслями, всегда побеждают болезнь. А продолжают болеть те, кто думает о плохом. Но мы-то знаем, что жизнь устроена иначе.

4. Романтические отношения, разрывы и развод

<…>

У Педро оказалось много глубинных установок, связанных с ответственностью и долгом в отношениях, браком и любовью. Каждый раз, когда он пытался поделиться с семьей и друзьями чувствами насчет развода, близкие лишь укрепляли его опасения.

Мы обсуждали, как эти установки заставили Педро сомневаться и отрицать, что партнер проявлял вербальную агрессию на протяжении многих лет. Из-за таких убеждений моему клиенту было трудно поверить своим чувствам и признать свой опыт. Он оказался в ловушке отношений, где чувствовал себя постоянно расстроенным и обесцененным.

Когда юридические вопросы были улажены, Педро принял свой новый статус разведенного и продолжил психотерапию, чтобы проработать окончание отношений и горе, которое захлестнуло его в связи с этим. Он заметил, что в этот период столкнулся с совсем иным типом давления со стороны окружающих. Теперь люди хотели, чтобы он воспринимал развод в позитивном ключе и наслаждался всеми преимуществами холостяцкой жизни.

Он ощущал себя так, словно только что добежал до финишной линии и узнал, что впереди новый забег. Причем люди ждали, что он вступит в эту гонку с улыбкой на лице.

Педро был окончательно сбит с толку: сначала окружающие уговаривали его найти светлую сторону в браке, полном агрессии, а теперь — в одинокой жизни. Тем временем он находился в процессе горевания, чувствовал одиночество и не знал, что ждет его в будущем.

Так проявляется вред токсичного позитива в романтических отношениях. Мы хотим, чтобы человек был счастлив в любом семейном статусе — в браке или в одиночестве, — независимо от того, что он переживает. Сказочный миф о любви никуда не девается. Мы считаем, что люди страдают в одиночестве лишь потому, что прикладывают недостаточно усилий и слишком негативно настроены.

С другой стороны, если в отношениях иссякла любовь, значит, эти люди друг другу не подходили или кто-то из них плохо старался ради сохранения пары. Такие представления заставляют молчать жертв, страдающих от реального насилия в отношениях, и внушают им, что одиночества нужно избегать, как чумы.

5. Семейные проблемы, разрыв с родственниками

<…>

Для Мэгги мать была источником проблем на протяжении всей жизни. Алкоголизм, крики, нескончаемая ругань и полная безответственность — ко всем этим вещам Мэгги привыкла с детства. Она думала, что у всех такие матери, пока не познакомилась поближе с семьей своего мужа. Мы с Мэгги работали над ее границами, над тем, чтобы не принимать материнское насилие как должное, и над выражением своих потребностей. Она делала немалые успехи. Но мать то и дело появлялась на горизонте, чтобы грубо вторгнуться в личное пространство дочери или обвинить в том, что к ней совсем не имело отношения.

В этот раз триггером стало письмо, в котором мать обвинила Мэгги в эгоизме и краже денег с ее банковского счета.

Несмотря на тщательную проработку темы личных границ, Мэгги до сих пор больно получать подобные сообщения. Дает о себе знать травматический опыт из детства, ей нужна передышка, прежде чем отреагировать.

За эти годы Мэгги периодически возвращается к мысли о том, не дистанцироваться ли от матери совсем. Несколько лет назад произошло событие, выходящее за всякие рамки, — терпеть больше не было сил.

Родственники постоянно убеждают Мэгги видеть в матери хорошее, быть с ней помягче и прощать недостатки. Некоторые члены семьи и вовсе отрицают, что мать ведет себя разрушительно. В итоге Мэгги чувствует, что ее не понимают, не поддерживают и выставляют истеричкой.

К сожалению, она совсем не одинока в своем опыте. Подобное происходит во множестве семей. Приятно думать, что родственники всегда относятся друг к другу с заботой и любовью, но нередко это не так.

Бывает, что отвергнутого члена семьи или жертву насилия принуждают искать в происходящем светлую сторону и терпеть дурное обращение, потому что «мы семья». Такое отношение лишь усугубляет травму и обостряет ощущение изоляции.

Интересное по теме

«Почему ты никогда не можешь нормально выглядеть?!» Отрывок из книги «Они не изменятся. Как взрослым детям преодолеть травмы и освободиться от токсичного влияния родителей»

6. Профессиональные трудности, потеря работы

У нас с Алисой очередная сессия. Лето в самом разгаре, и лучи утреннего солнца бьют прямо в окно. Мы видимся перед работой, иначе в загруженные дни ей пришлось бы отменять наши встречи. Сегодня что-то в ее голосе поменялось. Она говорит, что хочет уволиться. Я немного выжидаю, мы сидим в тишине. Алиса снова заговаривает: «Я больше так не могу».

Вы, наверное, помните, что Алиса уже говорила своему начальнику о переработках и проблемах со сном. Тогда он ответил: «Попасть в нашу компанию — большая удача. На ваше место стоит очередь из кандидатов».

Особенно «хорошо» эти фразы звучат, когда выгорание фактически включено в рабочие обязанности, а психологическая поддержка отсутствует. Ну да, конечно, на поздних совещаниях выдают пирожные, а под Рождество, когда рабочие дни растягиваются на 14 часов, угощают шоколадными конфетками. От сотрудников требуют воодушевления, энергичности и оптимизма, но взамен ни комфортных условий, ни полноценного сна.

7. Вопросы внешности

Многие мои клиентки приходят на терапию с запросами, касающимися внешнего вида. Одна из них — Лия. У нее с самого детства проблемы с принятием своего тела. Она пробует все новые косметические методики и бросается от одной модной диеты к другой, а потом снова набирает вес.

Ей отчаянно хочется выглядеть лучше, и никакие расходы ее не останавливают. Ее психика полностью подчинена диетам, из-за чего Лия не может наладить здоровую и осмысленную жизнь. Каждый месяц у нее новые строгие правила насчет того, где и что можно есть.

Кроме того, у Лии сформировалась привычка делиться с окружающими своими переживаниями насчет веса, чтобы получить порцию одобрения. Я постоянно слышу такое от женщин, да и сама иногда так делаю. «Божечки, я так раздалась в бедрах» или «Ну и видок у меня, по мне спортзал плачет». Мы прилюдно унижаемся, чтобы получить от окружающих уверения в обратном. Но такое поведение лишь засасывает в порочный круг и не приносит пользы.

Этот ритуальный обмен «комплиментами» лишь убеждает Лию, что надо стремиться к худобе. Подруги заверяют, что ее тело и впрямь «лучшее» и ей можно не беспокоиться. Их слова продиктованы добрым отношением и заботой, но мы с Лией обсуждаем, как все эти фразы тем не менее укрепляют идею о том, что идеальная фигура — худая и набора веса надо избегать любой ценой.

На наших сессиях мы много обсуждаем такое понятие, как «телесная нейтральность». Вы наверняка слышали о бодипозитиве, от которого один шаг до токсичного позитива. Концепция бодипозитива предполагает, что надо обожать свое тело и любоваться каждым своим бугорком, ямочкой и округлостью. Телесная нейтральность — это нечто другое. При нейтральном отношении к своему телу вы просто миритесь с ним и живете в ладу, особо не задумываясь об отношении к нему и не перебирая в уме негативные и позитивные ярлыки.

Ваше тело — это просто тело. В какие-то дни вам может в себе нравиться что-то конкретное или вообще все, в другие — ничего, но вы все равно будете жить с ним в ладу. Несмотря на то что бодипозитив в интернете встречается на каждом шагу, а телесная нейтральность набирает популярность, худоба остается для множества людей заветной целью.

Куда ни посмотри — везде продвигается культура диет, и эта миллиардная индустрия изо всех сил пытается установить знак равенства между здоровьем, счастьем и худобой.

В эту ловушку угодила Лия, в свое время туда же попадала я, а также, вероятно, и вы. Вместо того чтобы восхвалять лишь один тип фигуры, мы можем стать чуточку нейтральнее и сочувственнее к своему телу и телам окружающих нас людей.