«А можно?..»: 12 подростковых вопросов про школу и ответы без «потому что так положено»

Спросите подростка, как дела в школе, и он ответит «нормально». Это слово вы будете слышать до самого мая, иногда в сокращенной версии «норм». Подробности родители узнают случайно: из школьного чата, из электронного дневника или в 23:40, когда выясняется, что к утру нужен ватман.

Со школой подростки разговаривают охотнее, и почти каждый такой разговор начинается со слов «А можно?» Можно не выходить к доске? Прийти ко второму уроку? Сделать видео вместо доклада? Иногда это попытка увильнуть, но чаще подросток проверяет, где проходит граница и есть ли она вообще.

У родителей в это время свои страхи. Первый — что ребенок попадет в школу-казарму, где его «дожмут» до результата, и к четырнадцати годам он выгорит. Второй — что школа будет разрешать все подряд: ребенок счастлив, только не учится.

Чтобы посмотреть, где эту границу проводит одна конкретная школа, мы собрали двенадцать подростковых «а можно?» и отнесли их в Европейскую гимназию. Попросили начинать каждый ответ с «да», «нет» или «да, но» и обязательно объяснять почему. Отвечала Русана Кадимова, координатор средней школы и учитель французского.

Ответы пригодятся, даже если ваш ребенок учится в другой школе: половину этих вопросов он рано или поздно задаст и дома.

Русана Кадимова

Координатор средней школы Европейской гимназии, учитель французского языка

Эксперт НЭН

1. А можно я не буду учить химию? Или биологию. Или физику

Я гуманитарий. Таблица Менделеева мне в жизни не пригодится, а время нужно на то, что я буду сдавать.

Нет, но глубину выбираешь сам

«Конечно, хочется сказать „можно“. Но зачем от этого отказываться? Средняя школа — хорошее время, чтобы попробовать очень разные направления и дать им шанс поселиться в твоей жизни. Бывает, что интерес к целой науке начинается с одной темы или с одного учителя. При этом не обязательно учить все предметы одинаково глубоко: какой уровень тебе важен и комфортен, ты выбираешь сам».

Копнуть глубже в том, что нравится, помогают спецкурсы. С 7 по 9 класс каждый ученик выбирает себе курс сверх основной программы. Это может быть театр (игровой и кукольный), информационная или финансовая грамотность, «Литературное кафе», обсуждение популярных фильмов на английском, читательское сообщество (тоже на английском) и многое другое. Занятия идут раз или два в неделю, и выбранный спецкурс становится обязательным предметом на учебный год. Если с выбором промахнулся, в конце первого модуля наступает «Юрьев день»: курс можно поменять, но сначала придется убедить учителей, что решение взвешенное.

«Профилей в средней школе у нас нет, и это принципиальная позиция. Мы хотим показать всю палитру: познакомить, увлечь, раскрыть глубину предмета, а иногда и показать его объемно, в 3D. А окончательно выбирать предметы для старшей школы ребята будут ближе к концу девятого класса».

2. А можно не делать домашку, если я и так все понял?

Я понял с первого примера. Остальные девять — это уже издевательство.

Зависит от учителя

В гимназии есть учителя, которые домашку вообще не задают: им хватает того, что успели сделать вместе на уроке. Русана к ним не относится.

«Я задаю домашку и люблю, когда она сделана: в языке без этого никуда, что-то обязательно нужно повторять и отрабатывать дома. Но домашка ради домашки точно не работает, она должна быть разумной. А иногда это вообще большой долгосрочный проект. Можно ли его не делать? Можно, но тогда почти наверняка появятся провалы в знаниях».

Если сил на домашку совсем не осталось, врать про забытую дома тетрадь не обязательно:

«Тебе плохо, ты устал, ты не можешь — приходишь и честно говоришь. Проблем с этим точно не будет».

Пропущенное потом разбирают на консультациях. По каждому предмету есть фиксированные часы, а еще можно договориться о встрече в удобное и учителю, и ученику время. На кафедре математики разрешают прийти даже не к своему учителю, а к тому, с кем проще найти общий язык. Большую работу, пропущенную по уважительной причине, можно сдать в течение двух недель: все это прописано в школьных правилах.

3. А можно переписать контрольную?

Тогда я не понял, а сейчас понял. Почему считается та оценка?

Да. Один раз

Во многих школах на этот вопрос отвечают «раньше надо было думать». В гимназии работы оценивают иначе:

«Мы смотрим не на количество ошибок, а на уровень, которого ученик достиг. К любой работе, даже к итоговой, даем развернутую обратную связь: что еще можно улучшить. Поэтому да, контрольную можно переписать. Сейчас — один раз, и к этому нужно подойти осознанно. Некоторые учителя сначала просят сдать промежуточные работы, чтобы был виден прогресс, а не бездумное повторение. Мы за то, чтобы давать шанс: это дополнительная мотивация. Если постараешься, результат можно улучшить».

4. А можно делать домашку с нейросетью?

Все так делают, просто никто не признается. Я тоже не признаюсь, если что.

Да, но не в проектах

«Нейросети — уже наше настоящее, и закрывать на это глаза было бы странно. Это даже не лавина, которая на нас летит: мы уже внутри нее. Многие подростки делают домашку с нейросетью, вопрос в том, как они ее используют. Если как консультанта, который задает наводящие вопросы и подводит к ответу, — это здорово. Но далеко не все подростки настолько осознанные. Как приручить нейросети так, чтобы они не вредили когнитивному развитию детей, сейчас думают педагоги во всем мире».

Правила на этот счет прописаны в академической политике гимназии: для чего и когда нейросетью пользоваться можно, когда нельзя и что об этом всегда нужно предупреждать. Но в какой-то момент заданий, сделанных с ИИ, стало слишком много, а их качество школу не устроило. Поэтому в этом году социальные и персональные проекты 8–9 классов ребята делают без нейросетей (пока в порядке эксперимента): об этом их твердо попросили координаторы проектов.

«Будем честны: мы пока не придумали, как адаптировать проектную работу к эпохе ИИ, чтобы она оставалась полезной. А проект для того и нужен, чтобы ребята прокачали hard и soft skills: научились планировать, прошли весь исследовательский цикл, создали продукт и представили его большому сообществу, осмыслили результат и написали отчет о проделанной работе. Мы понимаем, что запрет рождает желание его нарушить. Но хотим хотя бы уменьшить объем работы, которую за ребят делает нейросеть».

Интересное по теме

Гид по ИИ для родителей: чат-боты, дипфейки, домашка и другие вещи, о которых стоит поговорить с детьми уже сейчас

5. А можно не согласиться с учителем?

И чтобы мне потом за это ничего не было. Даже вот этого взгляда поверх очков.

Да. И даже нужно

Над этим вопросом Русана, по ее признанию, безумно смеялась.

«Дискуссии, споры и несогласие друг с другом — база жизни гимназии. Ученики не соглашаются с учителями, учителя — с учениками. Спорить можно везде: на уроках, на переменах, на общем сборе, в поездках. Наши дети знают, что с нами можно и нужно не соглашаться. Главное — вежливо и корректно. Спорить аргументированно и без лишних эмоций с рождения никто не умеет, это приходит с опытом. Но у нас это норма. Иногда, наоборот, хочется, чтобы кто-нибудь согласился безоговорочно. Такое бывает крайне редко».

Слушаться учителя только потому, что он учитель, никто не требует. А вот уважать его стоит:

«Перед тобой человек, который, скорее всего, знает больше тебя, больше читал, у него богаче жизненный опыт, и на многие вещи он может посмотреть шире. А еще он уважает тебя и твое мнение. И ты просто зеркалишь это отношение».

6. А можно вместо доклада сделать что-то свое?

Видео, игру, исследование — то, что мне правда интересно.

Да!

Классических докладов здесь немного, гораздо чаще ребята делают проекты: короткие и длинные, по одному предмету и на стыке нескольких. На уроках дизайна, например, проходят весь цикл, как настоящие дизайнеры: получают бриф, исследуют, делают прототип, собирают обратную связь, дорабатывают и презентуют. С седьмого класса к этому добавляется Science Fair, научная ярмарка кафедры Science.

Главные события средней школы — проекты 8 и 9 классов.

«В восьмом классе — социальный проект, это проба себя. Ты работаешь как волонтер и пытаешься решить социальную проблему, которая важна лично для тебя. Причем это не разовая акция, а работа на 7–8 месяцев: с планом, экспертами, реализацией, презентацией в школе и отчетом. А в девятом классе мы уже ничего не пробуем, а делаем большой и серьезный личный проект».

У персонального проекта девятиклассника есть учебная цель и готовый продукт: музыка, чат-бот, приложение, фильм, клип или одежда, сшитая по собственным лекалам. Один ученик разработал одежду с граффити для уличных художников. Другой восемь месяцев восстанавливал старый мотоцикл Honda, и на время презентаций ребята подняли мотоцикл на третий этаж школы, где он потом какое-то время так и стоял.

«Презентации — всегда событие: мы зовем гостей, родителей, всю школу и радуемся вместе с ребятами, какой огромный прогресс случился всего за пару лет. А еще это шаг к старшей школе: там умение работать на долгосрочную цель уже не просто полезно, а необходимо, чтобы успешно закончить программу. Сейчас персональный проект — один из этапов поступления в старшую школу».

7. А можно не выходить к доске?

Я знаю ответ. Но у доски сразу его забываю, а заодно и как меня зовут.

Да, но иногда попросят попробовать

«В целом можно. Бывает, что человеку по характеру трудно проявлять себя ярко или прямо сейчас нет внутреннего ресурса выступать при всех, и мы стараемся это учитывать. Но иногда стоит приложить усилие и перешагнуть страх публичного ответа. Умение презентовать, выступать, объяснять ход своей мысли — очень нужный навык».

Поэтому задания на уроках дифференцируют: к одной цели разные ученики идут разными путями. Иногда учителя бывают настойчивее. «Но точно никого не потащим за руку».

8. А можно учить больше, чем задают?

Но так, чтобы никто не записал меня в ботаники. Мне с этими людьми еще до выпускного учиться.

Да, пожалуйста!

«Было бы здорово, если бы все учили больше, чем мы задаем и чем вообще предусмотрено программой. А что касается ботаников, то, во-первых, быть ботаником не стыдно. Если сейчас окружение подхихикивает, пройдут годы — и ты точно будешь впереди. Во-вторых, у нас довольно редко смотрят на увлеченных ребят как на ботаников. Как в любой школе, бывают отдельные проблемы, но мне кажется, ребята у нас независимо от оценок находят друзей по разуму. А бывает, что за теми, кто чем-то горит, тянутся другие, и вот они уже вместе едут на соревнования, спортивные или научные. Так в прошлом году мы оказались на научном турнире в Тбилиси».

Поводов выйти за рамки программы хватает: выезды, спецкурсы, школьные обмены. В прошлом году учителя физики повезли ребят, которым интересна наука, в астроглэмпинг в Тульской области — смотреть на звезды и слушать про метеориты, кометы и галактики.

«Ребята так увлеклись, что, вернувшись, пришли к учителям и сказали: а теперь мы хотим сами приглашать в школу экспертов. Так появилась „Наука и чай“, по-настоящему детская инициатива. Весь прошлый год к нам приходили самые разные ученые: океанолог, археолог, физик-ядерщик».

В этом году в астроглэмпинг съездили снова и только что вернулись. А кафедра словесности каждый год возит учеников в Переделкино на литературную мастерскую с ночевкой. Чтобы попасть в поездку, нужно написать эссе на тему вроде «Избегать реальности через творчество — это сила или слабость?», «Можно ли полностью выразить себя на иностранном языке?» или «Какой литературный персонаж для вас пример свободы?». По эссе кафедра и выбирает, кто поедет.

В 5–9 классах гимназии предметы ведут либо с элементами английского, либо полностью на нем. Тем, кому и этого мало, есть Spelling Bee — конкурс, где английские слова произносят по буквам. Гимназия проводит его уже несколько лет, в суперфинал приезжают команды других школ, а в последний раз в письменном туре вместе с учениками соревновались даже учителя.

Интересное по теме

10 фактов о биоритмах, которые помогут лучше понять подростков

9. А можно приходить ко второму уроку?

Я правда не могу проснуться в семь. Мозг включается к третьему уроку, и это не лень, это биология.

Нет

Насчет биологии подросток, кстати, прав: в этом возрасте внутренние часы сдвигаются, и засыпать и просыпаться действительно хочется позже. Но у школы свои аргументы:

«Пожалуй, нет. Хотелось бы, чтобы все приходили к первому уроку, если он есть. Это вопрос договоренностей между школой, учеником и родителями. Мы, учителя и координаторы, отвечаем за то, как устроена программа: сколько часов в неделю, какое расписание, перерывы, спецкурсы. Когда одна сторона вкладывает в это силы, а другая решает, что первый урок ей не очень нужен, в системе начинается конфликт. Пазл ломается, а пропущенный материал копится как снежный ком».

Этот ответ стоит прочитать и родителям, которые боятся, что свобода в школе означает жизнь без правил:

«Мы школа, в которой много свободы и ответственности за свои решения. Но мы верим, что правила существуют. Например, школьное расписание».

10. А можно в наушниках на самостоятельной?

В тишине я слышу, как сосед грызет ручку, и больше ни о чем думать не могу.

Да, но не в любых

«Школа — это всегда повышенная сенсорная нагрузка. Кто-то шума почти не замечает, кто-то переносит его хуже, а кому-то на контрольной важно полностью сосредоточиться. В школе есть шумоподавляющие наушники, их можно взять. Если это наушники для тишины, а не от гаджета, к которому подключен искусственный интеллект, — пожалуйста, никаких проблем».

11. А можно прийти в школу с синими волосами?

Как это мешает мне учиться?

Да. И с оранжевыми тоже

«Можно с синими, можно с оранжевыми, можно с зелеными — любого цвета. У нас есть учителя с дредами и разноцветными косичками, с пирсингом и татуировками. Цвет волос, прическу и более или менее любую одежду каждый выбирает сам».

Правил два: на одежде не должно быть оскорбительных надписей на любом языке, и сам наряд должен быть уместным для школы.

«Внешний вид — это способ самовыражения. Но стоит думать, как он сочетается с тем, зачем ты сюда пришел: учиться и общаться с людьми. Свободы много, и ограничивает ее только комфорт: твой, твоих одноклассников и всех, кто рядом».

12. А можно пока не знать, кем я хочу быть?

Все спрашивают, а я понятия не имею.

Да. Это нормально

«Совершенно нормально не знать, кем ты хочешь быть. Сейчас этот вопрос задают себе даже взрослые, которые, казалось бы, давно определились. Медиа без конца подкидывают новые варианты того, чем еще можно заниматься в жизни. Хорошо, что эта информация есть, но она сильно нас раскачивает. Мне двадцать лет назад было, наверное, проще. Так что не знать, кем хочешь стать, в 13, 15, 17 и даже в 18 лет — все еще норма».

А вот для поступления план все-таки нужен:

«Если хочешь учиться в университете, важно нарисовать себе траекторию. Какие ЕГЭ я буду сдавать? Буду ли поступать за рубеж? Сдавать международные экзамены, как часть наших ребят? Собирать портфолио? Мы много говорим об этом в школе, а координаторы старшей школы стараются, чтобы ребята пораньше задумались о направлении и программа старших классов работала на поступление».

«Мир меняется очень быстро: каждый год появляются новые направления, а какие-то профессии уходят. Я очень сочувствую современным подросткам. Зато у нас в школе есть ценность, которая с нами давно: учиться на протяжении всей жизни, lifelong learning. Это наше все».

В Европейской гимназии не сравнивают детей между собой и не выбирают «лучших из лучших». Пока в классе есть свободные места, можно пройти вступительные академические и психологические тестирования и ценностное интервью с семьей.

Задача школы — понять, подойдет ли ребенку такая образовательная среда, сможет ли он найти свое место в классе и раскрыть потенциал. Здесь рады ребятам с разным культурным бэкграундом и школьным опытом, в том числе тем, кто переезжает из других городов и стран. Для некоторых учеников выстраивают индивидуальную траекторию адаптации.

В средней школе лучше присоединяться к гимназии в начале учебного года — ориентировочно до декабря: насыщенная программа и долгосрочные проекты требуют времени, чтобы включиться в общий ритм. Но главное для школы — не только текущие результаты подростка, а его интерес к учебе и готовность развиваться.

Европейская гимназия — школа и детский сад в Сокольниках, одна из старейших частных школ Москвы: она работает с 1992 года. В средней школе здесь соединяют сильную академическую программу с проектами, исследованиями и насыщенной жизнью после уроков, а обучение постепенно переходит на английский. Сейчас еще есть свободные места в средней школе. Посмотреть на гимназию своими глазами и задать свои вопросы можно на экскурсии: они проходят два раза в месяц.

Реклама, ЧУОО «ЕВРОПЕЙСКАЯ ГИМНАЗИЯ» (ИНН 7701107636)
erid: 2W5zFHaSU26