«Я чувствовал вину за то, что меня изматывают собственные дети. А потом понял, что именно поэтому я хороший отец»

Недавнее исследование показало, что отцы тоже испытывают родительскую вину. Они чаще сравнивают себя с другими родителями и говорят внешнем давлении. Сейчас многие отцы задаются вопросом: а достаточно ли я вовлечен? Достаточно ли терпелив?

Business Insider опубликовал рассказ Джона Гастина — писателя и блогера, известного в соцсетях под именем «Уставший папа», который тоже знаком с родительской виной.

«Я чувствую себя измотанным из‑за детей, которым постоянно нужно мое полное внимание. Я должен внимательно смотреть, как монстр-трак уже в двадцатый раз выполняет один и тот же трюк с переворотом над картонной коробкой. И на 15-й по счету кувырок. Или третий по счету кукольный спектакль за последние пять минут. Меня изматывают дети, которым нужно, чтобы я принес им другие закуски, раз первая им не понравилась. Им нужно, чтобы я помог им выплеснуть энергию, чтобы они наконец уснули. Чтобы сидел рядом, когда они не хотят готовиться ко сну из-за кошмаров», — пишет он.

Гастин вспоминает, когда его дочери было пять лет, она попросила его устроить с ней чаепитие. У него не было на это времени — нужно было успеть доделать работу в срок. И он честно ей об этом сказал.

«Ее разочарованный взгляд до сих пор стоит перед глазами», — признается мужчина.

Иногда ему кажется, что он вполне соответствует званию хорошего отца. Бывают дни, как в случае с чаепитием, когда Гастин собой недоволен.

«Такие эпизоды в жизни родителя, безусловно, быстротечны. Иногда я смотрю на своих детей и думаю о том, сколько раз был занят и упускал какие-то мелочи», — отмечает он.

Временами Гастин начинает вспоминать все свои промахи и мучается от чувства вины.

«Когда дочь попросила меня устроить чаепитие, должен ли я был бросить все и присоединиться? Конечно, ответ зависит от множества вещей: поджимают ли сроки на работе, может ли она подождать до завтра, в первый ли раз за неделю я отказался от чаепития или в десятый, — рассуждает мужчина. — Когда я наконец беру перерыв, то испытываю чувство вины, будто я эгоист — ведь у меня нет бесконечных запасов терпения и энергии. Но это проходит, когда я вспоминаю, что мне позволено быть измотанным от того, что во мне постоянно нуждаются. И быть настолько нужным — это привилегия. Дети — мое все. И иногда им нужно просто пойти спать».

Гастин понимает, что если для него быть хорошим отцом значит присутствовать в жизни детей, то неизбежно будут дни, когда он не сможет соответствовать этим критериям:

«Это верно для всех нас. Как бы мы ни старались поступать правильно, бывают моменты, когда мы понимаем, что не дотягиваем — как минимум, до наших собственных стандартов. Мы никогда не будем идеальны. Почему? Потому что мы — хорошие отцы».

И Гастин напоминает, что хорошим отцам тоже нужен отдых. Он провел параллель со спортом: если все время тренироваться без передышки — ты сталкиваешься с выгоранием и на соревнованиях показываешь худший результат, чем мог бы.

В подростковые годы блогер играл в гольф. После неудачного турнира его тренер сказал ему: «Возьми перерыв. Тренируйся, но не переусердствуй».

«Я последовал его совету и через неделю выиграл свой первый турнир в сезоне. Разница была не в мастерстве, а в отдыхе и осознанности. Гольф — непростое занятие, как и воспитание детей. Даже профессионалы допускают ошибки, свойственные новичкам. Но неудачные партии не делают из человека плохого игрока в гольф, а тяжелые дни — плохого родителя, — объясняет Гастин. — Родительство — это марафон, а не спринт. Ваша любовь к детям не измеряется тем, насколько вы идеальны в самые трудные дни. Она измеряется вашим присутствием в их жизни, тем, что вы отдыхаете, когда это нужно, а затем возвращаетесь и готовы пробовать снова».

По мнению мужчины, чувство вины — это признак хорошего родителя. В неудачные дни взрослые могут быть рассеянными и испытывать стресс. Как бы родителю ни хотелось наслаждаться бесконечными чаепитиями — это нереально.

«Мгновения приходят и уходят, и мы ничего не можем с этим сделать. Мы хватаемся за них, пока они проносятся мимо, в надежде поймать как можно больше хороших, — пишет Гастин. — Если в подобных ситуациях вы испытываете чувство вины, то вам нужно знать: это потому, что вы хороший родитель. Плохие родители не испытывают такого чувства вины. Плохие родители не ставят своих детей на первое место. Плохие родители не задаются вопросом, хорошо ли они справляются и могут ли стать лучше. Вы не плохой родитель, не плохой отец. В этом и состоит суть хорошего отца».