«Он не прогуливал школу. Он ухаживал за мамой»

17-летний Кенни почти полгода не ходил в школу, потому что помогал ухаживать за тяжело заболевшим братом. 12-летний Миша из России готовит еду, ходит в магазин и помогает маме с БАС одеваться. Что происходит с учебой, когда от ребенка каждый день зависит больной взрослый, и что в такой ситуации может сделать школа.

Кенни Дэвису было около девяти лет, когда он начал помогать маме. Из-за артрита ей становилось все труднее передвигаться, поэтому сын приносил лекарства, готовил, убирал и брал на себя другие дела по дому.

В 2021 году тяжело заболел старший брат Кенни. После вирусного менингита он не мог самостоятельно встать с кровати, дойти до туалета, помыться и поесть. Кенни стал помогать и ему. В какой-то момент он почти на шесть месяцев перестал ходить в школу.

Мама объясняла учителям, что один сын тяжело болен, а второй помогает за ним ухаживать. В прежней школе Кенни в итоге пригрозили отчислением из-за пропусков. Только примерно через восемь месяцев его направили к школьному консультанту, который рассказал семье, какую поддержку они могут получить.

Сейчас Кенни 17 лет. В Австралии таких детей и молодых людей называют young carers — это те, кто регулярно и бесплатно ухаживает за родственником или другим близким человеком с инвалидностью, тяжелым или хроническим заболеванием. Помощь может включать готовку и уборку, контроль лекарств, сопровождение, эмоциональную поддержку и личный уход. Многие подростки сами не считают себя людьми, выполняющими работу по уходу: для них это просто то, что нужно делать дома.

Дальше будем называть их просто детьми, которые регулярно ухаживают за близкими: устойчивого русского аналога английского термина нет.

Интересное по теме

Между маленькими детьми и собственными больными родителями: колонка о сэндвич-поколении

Можно ходить в школу каждый день — и все равно не справляться

У Наоми Боначчи-Рокка, другой героини ABC, обязанности по уходу появились примерно в семь лет. Позже она помогала младшим братьям и бабушке с дедушкой.

Если братьям было плохо, Наоми оставалась дома. Если приходила в школу, могла заснуть на уроке. Она не успевала выполнять задания и тратила обеденные перерывы на то, чтобы хоть что-нибудь доделать.

Учителя знали о ситуации в семье. По словам Наоми, некоторые просто ставили ей оценки за несданные работы из сочувствия. Сама она говорит, что ей больше помогло бы, если бы кто-то сел рядом и помог разобраться с тем, что она пропустила. Постепенно пострадало и общение со сверстниками: Наоми постоянно отказывалась от встреч, и в какой-то момент ее просто перестали звать.

То есть проблемы в школе необязательно выглядят как полугодовое отсутствие Кенни. Это могут быть отдельные пропуски и опоздания, сон на уроках, несданные задания, накопившиеся пробелы и невозможность оставаться после занятий. Австралийское исследование, на которое ссылается профессиональное объединение психологов, показало, что 39 процентов опрошенных молодых людей с обязанностями по уходу пропускают школу каждую неделю.

«Если сын не приготовит, я не поем»

В России в похожей ситуации оказался Миша. В 2024 году фонд помощи людям с БАС «Живи сейчас» рассказывал о нем и его маме Ольге. Мише тогда было 12 лет.

Ольге диагностировали боковой амиотрофический склероз, когда сыну было девять. Болезнь постепенно лишает человека возможности двигаться самостоятельно, и по мере ухудшения состояния мамы у Миши появлялось все больше домашних обязанностей.

Он научился пылесосить, мыть полы, ходить за покупками и готовить. Помогает маме надеть брюки или платье, расчесывает ее, включает электрическую зубную щетку. Они живут вдвоем. Пока Миша в школе, Ольга иногда не может сама налить себе воды. Еду она тоже ждет до его возвращения: если сын не приготовит, поесть самостоятельно она не сможет.

Клуб НЭН Родительство — не то, с чем справляются в одиночку Закрытое сообщество: чаты по возрасту детей, ответы проверенных экспертов, встречи и разборы. Модерация, за которой не нужно следить самому. Вступить — 1999 ₽ в месяц

В школе у Миши появились свои проблемы. Одноклассники издевались над ним из-за болезни мамы и домашних обязанностей. Когда мальчик начал отвечать и драться, Ольга обратилась к классному руководителю. По ее словам, учительница считала, что виноват и сам Миша, поскольку он вступал в драки.

Психолог фонда Елена Закатова тогда советовала семье обращаться не только в школу, но и в социальные службы: если рядом нет другого взрослого, часть бытовой помощи может взять на себя социальный работник. Отдельно она говорила, что ребенку не следует поручать интимный уход за телом взрослого.

Интересное по теме

Как мама с хроническими болями и тяжелым заболеванием родила дочь и создала благотворительный фонд

Домашнее задание после десяти вечера

Варе Васильевой было 15 лет, когда ее мама заболела БАС. Они тоже жили вдвоем.

Утром Варя помогала маме собраться на работу и только после этого занималась собой. После школы приходила домой настолько уставшей, что примерно полтора часа спала. Затем до десяти вечера помогала маме: сопровождала ее по квартире, кормила, помогала с ванной и туалетом, укладывала, делала упражнения. Ночью тоже иногда приходилось вставать. После десяти Варя садилась за уроки.

Оценки у нее при этом не упали — наоборот, она стала быстрее делать домашние задания, потому что хотела успеть поспать. Но времени на обычную жизнь почти не оставалось. С друзьями Варя перестала обсуждать болезнь мамы: ей казалось, что они все равно не понимают, о чем она говорит.

Позже семье удалось найти постоянную помощницу. Варя рассказывала, что только тогда снова почувствовала себя человеком своего возраста, а не взрослым, отвечающим за весь дом.

В шесть утра — печь и вода, потом школа

Игорь Трубников из Воронежской области начал ухаживать за мамой в 11 лет. После тяжелого заболевания ей ампутировали обе ноги, позднее она потеряла зрение. Они остались вдвоем.

В доме сначала не было ни газа, ни водопровода. Игорь вставал около шести утра, колол дрова, растапливал печь, приносил воду и помогал маме, а затем шел в школу. После занятий готовил, снова занимался хозяйством, делал ей массаж и только потом садился за уроки. Когда нужно было ехать в больницу, зимой он вез маму на санях до места, куда могла подъехать машина.

Постепенно семье начали помогать. После обращения родственницы к властям в доме появился газ, затем вода, пришел социальный работник. Позже подключились благотворительные фонды.

Но школа Игорю в итоге не далась. Он проучился десять классов, получил неудовлетворительные оценки и в одиннадцатый не перешел. Получать профессию в другом городе он тоже не хотел: маму пришлось бы оставить одну.

Интересное по теме

«Мне казалось, что маму надо защищать, что ей не справиться без моей помощи»: история одной парентификации

Сам по себе диагноз родителя еще ничего не говорит о жизни ребенка

У Кирилла Шестимерова мама тоже много лет живет с БАС. В семь-восемь лет он и его сестра уже умели приготовить еду, прибраться и помочь маме с некоторыми медицинскими процедурами.

Но дома был отец, который перестроил работу так, чтобы больше времени проводить с семьей, а обязанности распределялись между несколькими людьми. Кирилл занимался дзюдо и моделированием, в восьмом классе ходил к трем репетиторам, затем поступил в колледж.

Разница между этой историей и историями Миши, Вари или Игоря довольно практическая. Кирилл помогал маме, но не оставался единственным человеком, без которого взрослый не сможет поесть, сходить в туалет или провести день дома.

Что в такой ситуации происходит в российской школе

Отдельного федерального школьного статуса для ребенка, который регулярно ухаживает за больным родителем или другим родственником, в российских нормах нет. На него распространяются обычные требования: посещать занятия, осваивать программу и проходить аттестации. При этом у школьников есть право на психолого-педагогическую помощь и, в предусмотренных школой случаях, обучение по индивидуальному учебному плану.

Если ребенок регулярно отсутствует без уважительной причины, школа не должна просто фиксировать пропуски. Федеральный закон обязывает образовательные организации выявлять таких учеников, выяснять обстоятельства и принимать меры, чтобы ребенок продолжал получать образование. Тем же законом предусмотрена социально-педагогическая и психологическая помощь детям, у которых появились трудности с учебой или поведением.

Уход за больным родственником при этом не дает автоматического освобождения от занятий или специального режима. Поэтому многое зависит от того, знает ли школа, что происходит дома, и какие решения она готова использовать: помощь с пропущенным материалом, работу психолога и социального педагога, индивидуальный учебный план.

Если из-за пропусков ученик не проходит промежуточную аттестацию без уважительной причины или получает неудовлетворительный результат, возникает академическая задолженность, которую затем придется ликвидировать.

Именно поэтому один и тот же домашний уход в школе может обнаружиться очень по-разному. Кенни почти перестал приходить на занятия. Наоми приходила, но спала на уроках и не сдавала работы. Варя сохраняла успеваемость, делая уроки поздно вечером после нескольких часов помощи маме. У Миши трудности проявились еще и в отношениях с одноклассниками.

Кто может помогать семье вместо ребенка

За последние годы в России стало больше услуг, которые позволяют организовать уход за взрослым дома. Закон о социальном обслуживании позволяет признать человека нуждающимся в социальных услугах, в частности если из-за болезни или инвалидности он частично или полностью потерял способность самостоятельно себя обслуживать. Обратиться за такой помощью может не только сам человек, но и другие граждане или организации.

Во всех российских регионах сейчас работает система долговременного ухода. В зависимости от потребности взрослому могут предоставить помощь с едой, гигиеной, лекарствами и передвижением. В июне 2026 года Минтруд сообщал, что система охватывает все регионы страны и для нее подготовлено более 59 тысяч специалистов по уходу.

Есть и обычное надомное социальное обслуживание: по данным Минтруда, помощь социальных работников на дому получают около двух миллионов пожилых людей и людей с инвалидностью.

Но для этого семье сначала нужно попасть в поле зрения социальной защиты и получить положенные услуги. В истории Миши именно поэтому психолог фонда советовала обращаться в комплексный центр социального обслуживания населения: пока мальчик находится в школе, его мама иногда физически не может сама налить себе воды или приготовить еду.

Для школы это тоже вполне конкретная информация. За опозданиями, усталостью, несделанными заданиями или драками может стоять не отсутствие интереса к учебе, а несколько часов ежедневного ухода дома. Узнать это можно только после разговора с ребенком и семьей — до того в журнале будут видны только пропуски и оценки.